Книга Не убегай, страница 34 – Амина Асхадова

Судя по расширившимся глазам, до нее это тоже дошло.

Я отпускаю ее, когда она как фурия вырывается из моих рук. Чуть отступает, но отступать некуда. За ее спиной — стекло, за которым ночь и Нева. Черная блестящая вода и такое же черное небо.

— Ты не имеешь права, — шепчет она.

— Нажалуешься в прокуратуру? — усмехаюсь, затягиваясь сигаретой.

— Ненавижу тебя!

Адель дергается, хочет пройти мимо, но я перехватываю ее за запястье. Ее кожа горячая, а пульс быстрый, почти зашкаливающий.

Еще я чувствую, что она замерзла. К вечеру температура опустилась, и на палубе появилась легкая изморозь, пиджак и платье стали влажными, а сама она заметно дрожит.

— Пошли в каюту, Златовласка, — приказываю и тушу сигарету о край металлического борта. — Дела твоего отца мы обсудим утром. Ты замерзла. Тебя надо переодеть и как следует отогреть.

— Отогреть?.. — она бросает на меня взгляд дикой кошки.

— Спать мы будем вместе. В одной кровати, — придавливаю ее тяжелым взглядом. — Хочу, чтобы ты ко мне привыкла. Скоро ты станешь моей женой. Не вижу смысла оттягивать неизбежное, Златовласка.

Адель

Мурад молча берет меня на руки, как будто я ничего не вешу, и несет нас вниз по узкой лестнице. Вместе с биением своего сердца я слышу, как мотор глухо гудит где-то под полом…

Здесь вообще все кажется слишком тесным! Тесным! А мир сжимается до его дыхания — горячего и какого-то… безумного…

Я такого еще никогда не встречала.

Чистого, дозированного безумия!

— Мурад, — шепчу. — Пусти… пусти немедленно, слышишь?

— Поздно, — отвечает он коротко. — Сегодня ты моя. Полностью.

В каюте полумрак — мягкий, янтарный свет лампы льется сбоку, отражаясь в полированной древесине. Воздух пахнет морем, солью его кожи и табаком, вызывая самый настоящий бунт под ребрами!

— Я буду драться и кусаться… — предупреждаю его.

— Вперед, Златовласка.

Мурад ставит меня на пол.

Молча снимает рубашку.

Его движения — короткие, уверенные. Мускулы под кожей играют в тусклом свете, а тепло исходит от него, словно от огня.

Я не знаю, куда смотреть, потому что взгляд все равно цепляется за его кожу! Горячую, гладкую, будто выточенную из бронзы.

— Что ты… делаешь? — слова срываются с губ, слишком тихо.

— Раздеваюсь.

— Зачем?

— Хочу, чтобы ты привыкала к реальности, Адель. Мы будем ночевать здесь. Вместе.

— Что, еще и на одной кровати? Нет! — я делаю шаг назад, упираясь лопатками в стену.

Мурад подходит ближе. Настолько, что его дыхание касается моей щеки. Он как зверь, уверенный, что добыча уже в ловушке, а я очень… очень не хочу быть добычей!

Я чувствую жар, чувствую запах табака и чувствую, как все тело будто натянуто в одну чертову струну!

— Считай, что я тебя похитил. Так тебе будет проще прийти к смирению, Адель.

— Я даже слова такого… знать не хочу, — цежу ему.

— Ничего, я научу, — он кивает. — Ты дрожишь.

— Потому что холодно… — выдыхаю.

Мурад протягивает руку, стягивая с меня свой пиджак и поясняя:

— Раздевайся. Так теплее будет.

Я не двигаюсь. Просто стою. Его пальцы едва касаются кожи у шеи — и меня будто пробивает током.

Он опускается ниже, берет мою руку. Кладет ладонь себе на грудь.

Сердце бьется — быстро, сильно, будто вырывается.

Я чувствую его сердце, но мне от его грохота не легче! У самой так же бьется… бешено…