Онлайн книга «Искать убийцу»
|
— Нам, наверное, следует… – начал было Ильбар Ахметович, но колдун жестом руки остановил его и проговорил тихим глухим голосом: — Не надо. Я знаю, кто ты и зачем явился сюда. – Он посмотрел в глаза Ильбару Ахметовичу. – Вижу, ты страдаешь, давно уже, и твои страдания день ото дня становятся все более невыносимыми. Так скажи, виновен ли ты? Ильбар Ахметович чуть потупил взгляд. — Есть правый суд, – сказал он недовольно и мрачно. – И если бы я был виновен, то не стоял бы здесь перед тобой, а находился бы в другом месте. Где – сам знаешь… Дело мое прекратили, значит, я не виновен. Старец ничего не сказал на это. В подернутом сиреневой мглой квадрате окна показался краешек оранжевой луны. Вскоре призрачные ее блики упали на поверхность стола. Старик вытащил откуда-то хрустальный шар и положил его перед собой. Склонившись над ним, он стал что-то шептать и приговаривать. Зрачки его глаз расширились, лицо еще более побледнело, выделив глубокие морщины на лбу и впалых щеках. Еще миг – и губы его под усами задвигались, выговаривая странные и страшные своей отрывистостью и бессвязностью слова: — Тихо… Тихо… Туман рассеивается… Ночь, темная ночь… Лес, деревья, огонь… Огонь пышет жаром… Ильбар Ахметович сидел, слушая с каким-то жутковатым видом отвратительное бормотание старого колдуна. По всему его телу вдруг пробежал жар, потом его сменил мертвенный холод, потом снова нахлынул жар, вслед за этим тело его обмякло, руки словно налились свинцом, и он вопреки своему желанию и воле погрузился в тяжелую дрему, сквозь которую стали проступать видения, сумрачные, далекие и до боли знакомые… Ночь, лесная поляна. Посреди с треском горит костер. Искры его, словно светлячки, взлетают вверх, растворяясь в вышине темного ночного неба. Он весь во власти этой темной августовской ночи, жаркого пламени костра, он пирует с друзьями. Друзья его, вот они, сидят рядом, чуть угрюмые, ушедшие в себя, точно языческие истуканы. Один из них – толстяк с круглым лоснящимся лицом, толстыми губами и маленькими бегающими глазами. Второй – широкоплечий, накаченный амбал с угрожающе выпяченной нижней губой и взглядом потенциального убийцы. Третий, четвертый, пятый… Эти мерзкие, отвратительные рожи. В другой раз он не стал бы и садиться с ними рядом. Но сегодня они нужны ему, нужны, как помощники, как бессловесные послушные роботы. Он смотрит на часы. Нервы его на пределе, но вот слышится звук приближающегося мотоцикла, и через минуту-другую перед ними предстает он, Ислам, красивый, спокойный, невозмутимый, тот самый Ислам, которого он так жаждал видеть и за которым специально посылал своих людей. — Присаживайся! – мрачно бросает он Исламу, указывая на специально оставленное свободное место в кругу сидящих и подавая гостю стакан с водкой. – На, выпей, а потом расскажешь всем, какой небывалый урожай собрал с тех шести гектаров земли, которые отсудил у моего колхоза… Выпив, Ислам беззастенчиво улыбается и пожимает плечами. — Да что там урожай! Сколько бы не собрал, все – в общую копилку. Ведь земля наша, общая, и дела общие… Услышав слова Ислама, он встает. Лицо его бледнеет, глаза наливаются кровью. — Все наше, общее, говоришь, а сам судишься. На, получай, паскуда! Пригнувшись и откинув назад ногу, он с силой бьет ею в челюсть Ислама, из его раскрытого от боли и удивления рта брызжет на землю кровь, сыпятся осколки разбитых зубов. |