Книга Эхо падающей звезды, страница 82 – Татьяна Богатова

Ежедневно расставаясь с Алёной, Лавров порой не мог дождаться, когда он сможет, наконец, оказаться рядом с ней. Нельзя сказать, что Валера не задумывался о различии чувств, которые он питал к женщинам ранее, и тем, что испытывал сейчас к Алёне. Тем не менее сравнивать их представлялось ему кощунственным. Стоило ему подумать о любимой, как нежность заливала сердце. Валера не мог даже для себя с определённостью выразить, что он чувствует к Алёне. Влечение? Несомненно, но оно казалось ему не просто влечением, а полубезумной страстью. Обожание? Безусловно, оно тоже присутствовало. Но это определение представлялось ему чересчур узким, не отражающим в полной мере тягу к возлюбленной. Возможное признание в любви, хотя Лавров и осознавал его необходимость, казалось попросту банальным. В иные моменты ему хотелось то во всеуслышание прокричать о чувствах, то, наоборот, чуть слышно шепнуть ей одной. До настоящего времени Валера не привык разбрасываться словами о любви. И вот теперь, когда чувство действительно его настигло, Лавров не находил удобного случая признаться Алёне. Осыпая её множеством нежных выражений во время близости и награждая ласковыми эпитетами в повседневном общении, Лавров никак не мог сказать главного слова «люблю». Ему представлялось, что обстановка для признания должна быть исключительной, сродни первой ночи, когда предрассветное небо озарилось ошеломительным звёздным фейерверком.

Дни летели незаметно. Алёнка была счастлива и постепенно перестала задумываться о будущем с Валерой, не опасаясь, что их встречи, а потом и близкие отношения внезапно прекратятся. Она просто наслаждалась настоящим. Алёна с Валерой несколько раз брали на прогулку Костика, отводили его в театр, в зоопарк, в кафе, устраивали праздничный обед у девушки дома. После одного из походов в выходной день отец поинтересовался у Кости, как он погостил у Алёны, намереваясь выспросить про состояние жилья девушки. Гена тут же оказался огорошен известием о том, что сын всякий раз проводит время с Алёной в обществе Валеры Лаврова.

— Разве они вместе живут? — удивлённо спросил он Костика.

— Не знаю, — поскрёб черноволосую, как у отца, макушку сынишка. — Сегодня мы обедали у Алёны, и дядя Валера сказал ей, что отвезёт меня и скоро вернётся.

— И отвёз? Ты же вроде пешком с остановки пришёл?

— Я не с остановки. Он меня до сквера довёз, чтобы мне дорогу не переходить. Классная у дяди Валеры машина, пап! «Форд-Фокус», чёрный такой.

— Ум-гу, классная, — задумчиво произнёс Генка, пробормотав следом. — Похоже, что и квартира вскоре будет классная…

— Что ты сказал, я не понял? — спросил сын.

— Да ничего, — отмахнулся отец. — Иди играй! Что тебе там Алёна подарила?

— Машинку с пультом управления, — радостно сказал Костик, восторженно вспомнив об игрушке, которую он привёз из гостей.

Буквально на следующий день Генкина жена, в очередной раз отираясь вместе с Толяном на балкончике в конце коридора на пятом этаже, увидела Алёну вместе с Лавровым. С балкона прекрасно обозревался главный вход: ворота в металлическом заборе, огораживающем территорию дошкольного учреждения. Утром, доставив Алёну, Валерка, не покидая своего места за рулём, целовал любимую в щёку и провожал её взглядом до тех пор, пока она входила в ворота детского сада. Вечером он выскакивал из машины ей навстречу, обнимая за плечи, подводил к самой дверце и усаживал Алёнку в автомобиль. Именно такую картину и наблюдали однажды вечером изумлённые Наталья и Толян.