Книга Эхо падающей звезды, страница 13 – Татьяна Богатова

— Да так, — пожал плечами Валерка, — просто давно не видел. К вам тоже не заходит?

— Когда ей? — отвёл взгляд Генка. — Из детсада бежит за продуктами да скорей бабку замывать и кормить.

— А говоришь, повезло девчонке.

— Конечно, повезло, — внезапно разозлился Генка. — Эта бабка — подруга нашей тётки, что в деревне живёт. Тётка сама больная, да сын алкаш, а так сама бы взялась ухаживать за этой старухой. Вот она Алёнку ей и подогнала. Бабка на сеструху завещание написала. Хата двухкомнатная в центре, прикидываешь, Валер?

— Не знаю, — усомнился Валерка, — за бабкой ходить, думаю, непросто. Никакую квартиру не захочешь.

— Так вот и я говорю, — взвился Генка, — дура Алёнка! Когда она эту бабку взяла, ей уж девяносто было. Может, думала, что недолго придётся поухаживать. А она уже четыре года небо коптит. Алёнка — бестолочь! Не бросает эту бабку. Хотя давно уж ясно, что толку не будет. Либо старуха ещё лет двадцать проживёт, либо завещание другое напишет. И чего ради Алёнке стараться?! Всё равно ничего не выгорит.

— Не все же такие продвинутые, как вы с Наташкой, — усмехнулся Лавров.

— Неблагодарная Алёнка, — зло сказал Генка. — Мы её с Наташкой растили, кормили, а она теперь знаться с нами не хочет.

Валерка собрался было возразить, но препираться с соседом не хотелось. Поэтому он промолчал и, поднимаясь со скамьи, кивнул Генке.

— Ладно, Генок, пойду я. Отдохнуть хочется, а то завтра снова труба зовёт.

— Вот я и говорю, нечего на олигархов горбатиться! Группу делай! Сейчас, конечно, подороже будет это дело. Но я ходы да выходы знаю, всё тебе подскажу. С твоей зарплатой знаешь, какую пенсию тебе назначат, не чета нашим с Наташкой минималкам. Будешь как сыр в масле кататься и льготами ещё пользоваться.

— Нет уж, Генок, реальные мужики не ищут лёгких путей.

— Ну-ну, — ухмыльнулся вслед Валерке Генка, убеждённый в том, что сосед отказывается от идеи с инвалидностью только потому, что наметил другой путь обеспечить себе будущее.

«Небось, — подумал Генка, — этот красавчик какую-нибудь тёлку богатую окучивает. И вскоре станет либо зятем олигарха, либо мужем олигархини».

Не укладывалось у Генки в голове, что кто-то может работать каждый день и если не получать от этого удовольствие, то, во всяком случае, нормально это воспринимать.

* * *

Поднявшись на четвёртый этаж, Валерка внезапно почувствовал усталость. Отпер дверь. Скинув кроссовки, аккуратно поставил их в сторону от двери. В комнате повесил в шкаф куртку и, не снимая остальной одежды, улёгся на диване. Тянуться за пультом от телевизора было лень. Звук и мелькание картинок казались сейчас для Лаврова досадной помехой. Из головы не шёл разговор с Генкой. На его мнимую инвалидность Валере было наплевать, а вот сообщение об Алёнке почему-то запало ему в душу.

Генка с сестрой оставались единственными соседями Валеры из жильцов четвёртого этажа, которые заселились в этот дом со дня его сдачи и жили по сегодняшний день. Дом оказался одним из последних строений второй половины восьмидесятых годов, квартиру в котором жильцы получили бесплатно. Родители Валеры и Гены с Алёной переехали в этот дом из примыкающего к промышленной зоне района на левом берегу разделяющей город реки по программе переселения из ветхого жилья. Отцы были строителями. Ближе к середине девяностых, когда строительные предприятия закрылись одно за другим, оба остались без работы. Отец Лаврова подрядился работать на стройке в Москве. Он погиб, сорвавшись с большой высоты.