Книга Отель «Реббека», страница 108 – Рада Артемьева

— Как это вы не знаете? Вы же сказали, что деньги у мадам Морган.

Секунда молчания.

— Мадам Морган сегодня нет на месте.

— Так вызовите ее.

— Она уехала.

— Ладно, Николя, – сказал Гозлан с раздражением, – давайте для экономии времени не будем играться в пререкания. Ведете себя как ребенок, пытаетесь спрятать очевидное. Вы ведь уже догадались, что я в курсе, так?

— В курсе чего?

— Того, что вы заплатили Меркьюри.

Николя побледнел.

— Откуда? – спросил он, даже не пытаясь отнекиваться.

Гозлан, недолго думая, соврал:

— От мадам Морган.

— Что? – крикнул Николя и соскочил со стула.

— Вы успокойтесь, мсье де Бриссак. И сядьте, пожалуйста, обратно. Она вас сдала с потрохами. Прошу вас, Николя, сядьте же. И не переживайте так об этом.

Николя опустился на стул, бледный и пораженный.

— Что значит «не переживайте»? Как мадам Морган… Зачем ей было рассказывать об этом вам?

Гозлан еще не придумал красивого ответа. Он часто пользовался любимой тактикой: умел «взять на понт». Огорошить, навязать обманную версию, а затем расколоть жертву под орех.

— Вы лучше мне скажите вот что, – сменил тему он, – почему вы решили все же заплатить?

Николя несколько секунд подумал, а затем сказал тихим, смиренным голосом раздавленного человека:

— Мадам Морган предложила.

Гозлан хлопнул в ладоши.

— Ах да, – сказал он. – Вы же с мадам Морган – два затейника. Делаете все совместно. Как я мог забыть?

— Я всегда с ней советуюсь, – дал понять Николя. – Она мне во всем помогает.

— А-а. Это так называется? Она вам «помогает» во всех преступлениях против закона?

— Я бы не стал пользоваться такой формулировкой.

— Да ладно?!

— И почему вы всегда строите разговор таким образом, что все переворачиваете с ног на голову?

— Я просто раскусываю ваше вранье.

— О, ну конечно, – фыркнул Николя и отвернулся.

— Кто вас надоумил заплатить Меркьюри?

— Мадам Морган убедила меня.

— С какой стати? Ей страшный сон привиделся? Дайте угадаю: что-то мистическое?

— Все началось со звонка сиделки моего деда. Мадам Фаррен сообщила, что к ней приезжал Меркьюри.

Гозлан нахмурился:

— Приезжал Меркьюри?

— Да. Мы, естественно, с мадам Морган испугались. Если Меркьюри уже так просто заявляется на виллу моего деда – значит, он не собирался останавливаться на том, что уже натворил! Разумеется, мы оба запаниковали. Не знали, что делать. И тут мадам Морган мне вдруг признается: Меркьюри недавно звонил ей. Но она так переживала за мое моральное состояние, что скрыла это.

— Звонил ей сам? – удивился Гозлан.

— На самом деле он позвонил в мой кабинет. Просто она сидела там допоздна.

— Так, понял. И что сказал ей Меркьюри?

— Запугивал. Угрожал. Требовал выполнить условия договора. Мы поговорили с мадам Морган и пришли к выводу: платить придется. Она даже знала место, где надо было оставить деньги. Меркьюри ей все сообщил.

— Расскажите подробнее о его звонке.

— Мадам Морган вечеровала, как обычно, у меня в кабинете, она там часто работает. Уже было за полночь. Ну, знаете, бумажные вопросы и все дела. На стационарный телефон поступил очень странный звонок. Это был Меркьюри. Он сказал, если мы ослушаемся, то нам конец. Назвал место и время для передачи денег.

— Так. Так. Дальше?

— Все эти дни мадам Морган раздумывала, она понимала, что это очень опасно и что полиция может узнать. Но надо было прекратить этот ужас. Тем более после звонка мадам Фаррен стало очевидно: Меркьюри бьет по всем фронтам. Он уже приехал на виллу к деду… Он не успокоился бы, пока не получил свое. Он ведь никогда не останавливается! Сколько сотрудников погубил этот выродок! Мадам Морган сказала, что после оплаты мы утихомирим зверя и на пять лет можно будет забыть о нем. Мы просто заплатим и сохраним этот секрет между собой. Это будет касаться только нас двоих. Никто не узнает. Я ума не приложу, зачем она потом рассказала все вам! Она ведь сама настаивала на тайне!