Книга Принцип трех обезьян, страница 43 – Ирина Левит

Терновский, который обычно не отличался многословием, по крайней мере в своих распоряжениях, объяснял, уговаривал… Ирина Андреевна слушала молча, ощущая себя в некой прострации. Она могла ожидать всего, что угодно, но только не подобного предложения.

— В конце концов, наша компания – не просто место вашей работы! Это теперь наш с вами совместный бизнес! И вы должны быть кровно заинтересованы в его процветании! Как член нашей семьи!

Ирина Андреевна шумно выдохнула. Ну да, конечно! Она об этом сразу не подумала. Она просто еще не привыкла к тому, что Сергей Сергеевич Терновский – не просто ее работодатель, а еще и родственник. Причем близкий. Отец мужа ее дочери Ники.

Единственный ребенок Терновского, тридцатилетний Глеб, работал в «Здравнице» уже несколько лет, начинал с довольно рядовой должности, дослужился до замдиректора, и Голубович признавала, что сын не просто болтался около папы, а реально участвовал в делах, причем вполне грамотно. Отец явно готовился к тому, чтобы в перспективе передать компанию Глебу со спокойной душой.

Ника познакомилась с Глебом около года назад на корпоративном празднике. И завертелось… Поначалу Ирина Андреевна напряглась. Терновский-младший пользовался повышенным успехом у женщин, не отказывал им в ответном внимании, и мать не хотела, чтобы дочь попала в общий хоровод. Однако все получилось иначе. Глеб всецело сосредоточился на Нике, отринув всех остальных, и за три недели до нынешнего разговора была сыграна свадьба.

Ирина Андреевна стала членом семьи Терновских. И как мать жены единственного наследника компании «Здравница» действительно вошла в совместный бизнес. А это во многом меняло дело.

Да, были подобраны подходящие кандидатуры на должность директора «Светлого озера». Но это действительно был самый рискованный проект, и Ирина Андреевна понимала: лучше нее никто не справится. Уже хотя бы потому, что санаторий стал ее семейным делом.

— Я согласна, – сказала она, и Сергей Сергеевич прямо-таки расцвел.

— Я вам очень благодарен, дорогая Ирина Андреевна! – Терновский по-прежнему называл ее на «вы» и по имени-отчеству (она его точно так же), и со временем это не изменилось. – А я с вами для более быстрой раскрутки санатория отправлю доктора Ланкура. Ради целебной грязи и золотых рук Жореса Жоржевича клиентура к вам толпами побежит! Вы ведь знаете Ланкура?

Лично его Ирина Андреевна не знала. Но слышала. В том числе от Сергея Сергеевича, которому тот радикально «поправил спину». Впрочем, не только ему. По протекции Терновского несколько сотрудников с соответствующими проблемами попали к доктору, после чего называли того настоящим кудесником.

— И он согласится? – усомнилась Ирина Андреевна. – Насколько я понимаю, у него и в Москве от страждущих отбоя нет.

— Уже согласился. Я умею уговаривать, – усмехнулся Сергей Сергеевич. Поймал недоверчивый взгляд и пояснил: – Во-первых, я предложил ему высокую стабильную зарплату, бесплатное проживание и питание, плюс проценты за каждого клиента. Полагаю, вы как будущий директор не станете возражать?

— Не стану.

— Во-вторых, Ланкуру шестьдесят лет, еще недавно он мог бы уйти на пенсию. Но, разумеется, он бы никуда не ушел, однако наступает время, когда хочется чуть большего покоя, хотя бы на определенное время, а столичная круговерть этого не позволяет. Жорес Жоржевич любит природу, он грибник и рыболов… Все это в Кураевске – бери не хочу. Опять же, насколько я уяснил, Кураевск – вполне цивилизованное местечко недалеко от города. И, кстати, смею заверить: Жорес Жоржевич – очень приятный в общении человек. Он наверняка составит вам славную компанию. Я вас в ближайшие дни познакомлю.