Книга Псевдоним «Эльза», страница 93 – Виктория Дьякова

— Рейхсфюрер крайне недоволен, Гейдрих в бешенстве, – ответил Шелленберг. – Росслинг – его протеже, и он чувствует себя уязвленным лично. Советскому агенту под псевдонимом Эльза удалось перехитрить его человека. Гейдрих никак не может с этим смириться и назначил расследование.

— Советский агент под псевдонимом Эльза – это бывшая княгиня Екатерина Белозёрская, в девичестве Опалева, воспитанница княгини Алины Николаевны Белозёрской, убитой большевиками в Екатеринбурге в июле 1918 года. Неужели Росслинг не доложил? – Маренн искренне удивилась. – Эта дама хорошо известна моей подопечной княжне Шаховской, так как та долгое время считалась невестой сына княгини Белозёрской, Григория, генерал-лейтенанта русской армии, но женился он в восемнадцатом году не на Маше Шаховской, а как раз на той самой Екатерине Опалевой, которая числится в советских спецслужбах под псевдонимом Эльза. Мария Шаховская лично узнала Опалеву, когда та приехала в Хельсинки, и я сообщила об этом Росслингу. Почему он не информировал, мне непонятно, – Маренн сделала паузу, Шелленберг молчал, ожидая, что она скажет дальше, чувствовалось, что он неприятно удивлен. – Не знаю, какую игру ведет Росслинг, – продолжила она, – какую выгоду ищет, но мне думается, он также не довёл до сведения начальства, каким образом Эльзе удалось его обставить.

— Он доложил о неком глубоко законспирированном лице, которое было неизвестно ни ему, ни сотрудникам бюро Канариса, личный агент Эльзы, сыгравший свою роль, когда, казалось бы, все пути были отрезаны. Это очень опытный сотрудник НКВД, сейчас Росслинг занимается его допросами, чтобы собрать как можно больше информации.

— Собрать информацию? С кого? – Маренн возмутилась. – Он об этом докладывает вам, штурмбаннфюрер?

— Нет, Росслинг работает напрямую с Гейдрихом, он докладывает ему, а группенфюрер сообщает мне.

— Росслинг просто обманывает, чтобы выиграть время и оттянуть тот момент, когда ему придется признать, что он сам виноват в том, что Эльза его обыграла. Его тайный суперагент – пожилая, больная женщина со слабым сердцем, одышкой, кашлем в возрасте около семидесяти лет. Это княгиня Дарья Ливен, бывшая преподавательница музыки и французского в Александровской гимназии в Санкт-Петербурге. её старшая сестра возглавляла Смольный институт и пользовалась расположением русской императрицы Александры Фёдоровны. Она хорошо известна княжне Марии Шаховской, так как преподавала им с сестрой музыку. Княгиня Белозёрская, камер-фрейлина её величества, пригласила Дарью Ливен заниматься с её новой воспитанницей. Так эта добрая, наивная женщина познакомилась с будущим агентом Эльзой, – Маренн усмехнулась. – После революции Дарья Ливен бедствовала в России, и бывшая ученица, Катрин Опалева, вдова уже погибшего князя Белозёрского, предложила ей помощь. Но не от себя, у самой у неё в большевистской России давно ничего не было, даже собственной пары туфель, всё принадлежало НКВД, где она к тому времени уже служила. И помощь она, естественно, предложила от этой организации, только бедная княгиня Ливен ничего об этом не знала. Опалева помогла бывшей преподавательнице выехать из России в Финляндию, сняла для неё квартиру, спонсировала деньгами, как бы держала про запас. Пока не пришло время спросить по счету. Это случилось как раз 28–29 ноября, когда, приехав в Хельсинки, чтобы разблокировать своего резидента, Опалева поняла, что миссия её провалена, так как германские спецслужбы совместно с финской контрразведкой её опередили. И вот тогда она вспомнила о Ливен. Это не какого-то спецагента, глубоко законспирированного и обученного, Эльза направила, чтобы выманить нашего человека в посольстве, затаившегося по приказу Росслинга. Она уговорила эту старую, больную женщину, живущую одиноко с кошкой, выполнить её инструкции, а та всё перепутала и в результате попалась в руки финской полиции в Турку. Это какой опытный спецагент, о котором рассказывает Росслинг, так бы опростоволосился? Это только дилетант, напуганный, неопытный. Сейчас княгиня Ливен находится в резиденции Росслинга, он действительно забрал её у финнов, – подтвердила Маренн. – Но ни одного допроса не провёл. Я запретила ему её допрашивать, так как у неё от всего пережитого случился сердечный приступ, я вовремя успела, иначе бы она умерла. И не исключено, что он повторится. К тому же допрашивать её не о чем. Хоть я и не сотрудник спецслужбы, но даже мне это понятно, – добавила Маренн возмущённо. – Случайный человек, дилетант, отправившийся на задание с любимой кошкой в клетке, своей главной драгоценностью! Всё, что она знала, она уже изложила тому шоферу в Турку, который сдал её в полицию. К тому же в связи с началом боевых действий вся эта информация устарела. Росслинг сейчас держит у себя эту Ливен, а Гейдириху докладывает, что у него в руках крупный агент, в надежде, что таковой попадётся. Благо он с группенфюрером на прямой связи и проверить его не так просто.