Книга «Тигр» охотится ночью, страница 50 – Виктория Дьякова

— Есть, сэр.

— Как думаешь, Том, вьетконговцы сейчас следят за нами? – спросила Наталья, взглянув с обрыва вниз.

— Думаю, не только следят, но и крадутся за нами по пятам, – ответил Роджерс, сверяя местность с картой. – Но пока по какой-то причине не высовываются. У нас не было с ними стычек уже целых пять дней, они позволяют нам делать все что угодно. Это неспроста. Ты вызвала санитарную вертушку?

— Вызвала, но не понимаю, зачем, – пожала плечами Наталья. – Из-за двух прыщей?

— Без их нытья нам будет спокойнее. А потом я доложу об их поведении, куда следует.

— Ну, разве что ради общего спокойствия.

Солдаты заняли надлежащие позиции. Спустя час с юга-востока донесся глухой звук вращающихся лопастей вертолета.

— Летит, – прикрыв глаза от солнца рукой, запрокинула голову Наталья.

«Хьюи» приближался со стороны каньона, где протекала река. Подобные ему медико-эвакуационные вертолеты получили на этой войне прозвище «dust-off», что в переводе означало «собиратели пыли». Подлетев, «хьюи» завис на высоте порядка двадцати пяти метров, и пилот запросил посадку.

— Скажите ему, – обратился Роджерс к телефонистам, – что посадке мешает дерево, которое черта с два сдвинешь. Пусть спускает эвакуатор.

Когда радист передал его слова пилоту, вертушка поднялась чуть выше, готовясь к сбросу троса. Всех, кто стоял внизу, омывало мощным потоком воздуха, исходящим от вращающегося винта. Наталья придерживала руками шляпу, чтобы не унесло, хотя та была закреплена под подбородком. Глаза слезились и болели, долго смотреть вверх было трудно.

Наконец начал опускаться эвакуатор. Трос оказался длинным, его легко хватило бы и на бо́льшую высоту. На конце троса болтался крюк. Все ждали его удара о землю – для снятия статического разряда. Когда это произошло, Наталья, призвав на помощь солдат, начала вместе с ними сгребать вокруг крюка большую кучу листвы – готовить для раненых место, на которое те могли бы сесть.

— Так, – повернулась она вскоре к пострадавшим, – один из вас садится прямо на кучу, второй – на колени к нему. Лицом друг к другу. Ясно?

— Так точно, мэм, – промямлили оба, явно успев струхнуть.

— Выполнять! – рявкнул на них Роджерс. – Устроили тут нам всем мороку.

Раненые торопливо уселись, как им было велено. Наталья обвязала обоих специальным ремнем, пропустив его у них под мышками и надежно зафиксировав металлическим кронштейном. Потом прицепила ремень к крюку и вскинула голову: командир экипажа вертолета уже наполовину высунулся из грузовой кабины и даже поставил правую ногу на посадочное шасси-лыжу. Придерживая шляпу, Наталья подала ему сигнал «вира»: включать лебедку и начинать подъем. Тот понимающе кивнул, и трос медленно пополз вверх. Наталья и чернокожий солдат Джонс придерживали раненых сначала за плечи, потом на уровне пояса, а затем за ноги.

— Отпускайте! – крикнул им, перекрывая шум вертолета, стоявший чуть поодаль Роджерс. – Не свалятся.

Наталья разжала пальцы, выпустив из рук ботинок нижнего солдата. Отступила вместе с Джонсом к Роджерсу и, снова заслонившись ладонью от солнца, посмотрела вверх. Процесс эвакуации шел по всем правилам: командир экипажа неотрывно смотрел на трос, вручную контролируя его подъем. Раненые явно уже успокоились, один из них даже улыбался. Все расслабились, радуясь успешному исходу эвакуации.