Книга Тайна «Лисьей норы», страница 46 – Виктория Дьякова

— А-а-а! – Не выдержав, Ира открыла дверь и выбежала на лестничную площадку. Здесь было тихо, спокойно. Обернувшись к распахнутой двери, Ира увидела, что существо исчезло. И медальон на шее тоже остыл. Только слышно было, как слегка постукивает от сквозняка неплотно закрытый щиток пожарного шкафа.

«Не может быть, чтобы все это мне только почудилось». Не зная, куда деваться, Ира снова вошла в квартиру, быстро зажгла свет – полный покой, словно ничего и не было. В мойке – забытая со вчерашнего дня посуда, на столе – чашка с недопитым кофе. Она осторожно заглянула за занавеску – никого. Ковролин плотно примыкает к плинтусу – муха не пролезет. Откуда же тогда взялось это ужасное существо? И как быть дальше? О том, чтобы спать, не могло быть и речи – Ира понимала, что уже не сомкнет глаз. Пойти к соседке? Но как? Неудобно будить среди ночи чужих людей. Да и зачем их пугать? Что ж, придется сидеть при свете до утра. Ира уселась на диван, обняв колени, и прижалась к ним лбом.

Она пыталась вспомнить, о чем шипел ей призрак? Да, была кукла, которую задали сшить в пятом классе по труду. Ира вообще училась средненько. По основным предметам – четверки, а вот по труду, физкультуре, английскому – плохо. Язык она вообще не понимала, как там и что надо ставить и куда. Бегать и прыгать ненавидела еще с детсада, когда воспитательница заставляла делать гимнастику. Труд – руки, что называется, не из того места, как мать говорила. Куклу сшить Ира честно пыталась, даже взяла у матери какие-то куски материи. Но только все испортила. Уродливая получилась игрушка. Ира и сама это понимала. Но получить двойку она боялась – мать сильно ругала за плохие оценки. Поэтому урок она прогуляла, куклу выбросила на помойку, а матери сказала, что все прошло хорошо и куклу взяли на выставку. Мать даже по этому поводу купила ей шоколадное мороженое. Учительница все-таки влепила ей двойку. За прогул. Но Ира ее в дневнике аккуратно стерла, так что мать не заметила. «Ну, и что такого с этой куклой? – думала Ира. – Может быть, и порвали ее собаки. Ну, не дано мне. И что я? Должна была сдать свое произведение, чтобы весь класс надо мной издевался? А потом сказать матери, что сшила на двойку? Сколько было этих юбок, передников, блузок, которые заставляли шить. Ничего у меня не получалось. А мать еще ругала на чем свет за то, что потратилась на материю впустую».

Ира и сама не заметила, как задремала. Проснулась она утром вся разбитая. Спина болела. Поставив кофе, Ира сразу отправилась в душ в надежде, что прохладная вода ее освежит. Действительно, стало лучше. Ира помыла посуду, позавтракала. Крепкий ароматный кофе придал еще больше бодрости – все произошедшее ночью уже не казалось столь зловещим.

Ира приготовилась уже снова «шерстить сайты» и звонить в агентство по поводу своего резюме, как вдруг почувствовала, что за ее спиной кто-то стоит. Похолодев от страха, Ира обернулась. Прямо перед ней стояла… Маша Томина. Да, да, настоящая Маша Томина. Можно подумать, из плоти и крови. Та самая девочка, которая пришла в Ирин класс, когда они перешли в восьмой. Только очень бледная, и глаза закрыты. Маша приехала в Солнцевск с родителями из Питера. У ее отца возникли какие-то долги в бизнесе, и он, желая скрыться на время от кредиторов, привез семью в дом Машиной тети, которая жила в Солнцевске и умерла от рака. Первого сентября Маша пришла в Ирин класс. Ее все сразу невзлюбили – она была симпатичная девочка, современно одетая, по-столичному вежливая, ухоженная, даже с маникюром.