Книга Тайна «Лисьей норы», страница 42 – Виктория Дьякова

Заварив кофе, Ира отрезала кусок пиццы и с тарелкой вышла на балкон. Солнце садилось за крыши домов, разбрасывая красноватые блики. Открыв створку окна, Ира взглянула вниз. Ух, высоко. Внизу точно – детская площадка. И как это ту девушку угораздило? А может быть, ее кто-то столкнул? Интересно, какие версии были у следствия? Точно ли самоубийство?

На столе зазвонил мобильный телефон. Ира вернулась в квартиру, взяла трубку. Мать! Звонила в первый раз с того момента, как Ира уехала.

«Сейчас начнется!» – подумала Ира обреченно и, приложив смартфон к уху, приняла вызов.

— Да, слушаю.

— Ты зачем взяла медальон?! – с ходу накинулась Холодкова-старшая. – Ты – воровка! Ты зачем украла то, что тебе не принадлежит! Я сейчас полезла проверять, а его нет!

— Я его взяла с собой на удачу, – тихо проговорила Ира. – Я не воровала. Я потом верну.

— На какую удачу, дурища! – почти взвизгнула мать. – Я от тебя его прятала не потому, что мне жалко было тебе его отдать. Да нисколько – носи. Да только от него – одни беды! Прадед твой из тюрем не вылезал, дед спился, отец твой, только я с месяц поносила эту штуковину, раком заболел и помер, тебе четыре года было. Ты бы спросила хоть! Немедленно верни его назад и катись куда хочешь! На все четыре стороны. Мне все равно. Живи, как хочешь. Но медальон – верни! Слышишь?

— Слышу, – все так же тихо проговорила Ира. – Что же ты его не выбросила, коли он такой несчастливый?

— Так ведь золото, – ответила мать, не задумываясь. – Кусок золота червонного, самого дорогого, кто ж такое выбрасывает? Мне тебя растить надо было. Берегла, вдруг продать придется по нужде. Верни немедленно, – снова потребовала она. – Потеряешь еще.

— Так то же к лучшему, если потеряю, – усмехнулась Ира.

— Я тебе сказала, верни! – Мать повысила голос. – Не понимаешь? Приезжай немедленно. Когда приедешь? Чтоб завтра медальон у меня был дома!

— Ладно, ладно, я постараюсь.

— Да что ты себе позволяешь?!

Ира опустила трубку. Холодкова-старшая залилась слезами, обвиняя дочь в неблагодарности, в том, что она ужасно поступила, бросив ее.

— Без меня ты ни на что не способна! – причитала она. – Ни за что я не поверю, что там тебе лучше, чем со мной!

— Мама, я не могу больше! – Ира сбросила звонок и отодвинула смартфон. Выносить больше было невозможно. И так – постоянно. Чтобы мать больше не звонила, Ира отключила телефон. Хотелось поскорее лечь, все обдумать. А потом – заснуть. И пусть быстрее начнется новый день, когда снова можно будет приняться за поиски работы и, как получается, нового жилья. «Никуда не поеду, ничего не повезу – перебьется!» – решила Ира и легла на диван, поглаживая пальцами медальон, который носила на цепочке. «Если надо будет продать – сама продам. В конце концов, это мое наследство. А от нее – она имела в виду мать, – до старости ничего не получишь».

Однако как она ни старалась поскорее заснуть, сон не шел. Не помог и ритуал засыпания. Ира продолжала мысленно спорить с матерью. Сомнения накатывались волнами, но Ира убеждала себя, что она права и не надо отчаиваться. Но раздумья не оставляли, съедая уверенность в завтрашнем дне. А что будет, если работу она все-таки не найдет? Чем тогда платить даже за эту квартиру, не говоря уже о лучшей? Как вернуться домой в Солнцевск? Мать тогда будет торжествовать – все случилось, как она предсказывала. И Ира окажется в полной ее власти. Придется идти на ненавистный комбинат, искать там какого-то жениха, иначе мать «съест». Как же она людям в глаза смотреть будет, мол, что у нее дочка замуж не вышла? Нет. Все это невозможно, решила Ира. Надо изо всех сил постараться и остаться здесь. Она справится. «Солнышко» ей поможет. И положив руку на медальон, Ира почувствовала, что засыпает. Последнее, что мелькнуло в голове – наверное, не надо было выбрасывать кружку с котенком. Ира по ней скучала.