Книга Тайна «Лисьей норы», страница 29 – Виктория Дьякова

— Невеста принесла, а потом бросила. – Андрей пожал плечами. – Потеряла, наверное, когда вещами бросалась.

— Я бы на твоем месте не возвращал. – Ювелир усмехнулся. – Потеряла приданое – ее трудности. Хоть и плохо такие советы давать.

— А я и не собираюсь. – Андрей снова положил паучка в портмоне. – Самому пригодится.

Так паучок поселился у Андрея. «Будет моим талисманом, – решил он. – В конце концов, я сам тоже родом из Солнцевска. Можно сказать, сосед графа Елениева».

Андрей всегда носил паучка с собой. Практически он стал его единственным другом. После разрыва с Ариной Андрей чувствовал себя очень одиноко. С коллегами по работе он поддерживал исключительно деловые отношения – конкуренция на фирме царила нешуточная. Никто не хотел давать о себе никакой лишней информации, лишь бы не «слили компромат» начальству. Только дежурные улыбки, рукопожатия, а как рабочий день закончился, каждый – в свою норку.

Друзей с института Андрей тоже не сохранил. Там его считали зазнайкой и папенькиным сынком. А все из-за того, что Андрей, устроившись на работу, вынужден был отказывать сокурсникам, которые тоже желали пристроиться к нему. Егор Андреевич строго-настрого запретил – и был прав. Он не хотел нести ответственность за неизвестных ему людей. К тому же и вакантных мест на фирме больше не было.

Прежде ближайшим и самым доверенным человеком для Андрея был отец. Но из-за того, что Андрей так и не решился рассказать ему об Арине, они отдалились друг от друга. Егор Андреевич считал, что сын обиделся на него за то, что он завел новую семью. И считал себя виноватым.

Стараясь не думать об Арине, Андрей с головой погрузился в работу. Потянулись деловые будни – командировки, встречи, переговоры. Но выходные дни становились настоящим испытанием. Оставаясь наедине с собой, Андрей не знал, куда себя деть. Он заметил, что стал чаще прикладываться к спиртному.

Сидя на лоджии и потягивая любимый виски, Андрей клал на поручень кресла паучка и размышлял о том, а, собственно, почему отец, человек богатый, да и директор комбината Воскресенцев, тоже очень не бедный, не выкупили в свое время Елениевскую усадьбу. С их-то связями они могли легко все устроить. Мало ли что там прежде была детская колония. Если принять в расчет всю историю усадьбы, то это – очень короткий период. Можно было бы заново отстроить дом, восстановить елениевские сады. Дом расположен на возвышенности, с нее открывается чудесный вид на округу.

С Воскресенцевым – ясно. Он вообще ничего отечественного не любил – обустроился в Штатах, в Калифорнии, туда увез семью. Отец же одно время носился с идеей возродить старый дом и переселиться туда. Но тогда была жива мать. Дочка прежнего главного инженера комбината, она родилась и выросла в Солнцевске. Она убеждала отца, что дом пользуется очень дурной славой. Она категорически воспротивилась покупке, и отец, сдавшись, купил развалюху у спившегося лодочника и на ее месте построил дом на озере. Туда они и переехали из тесной трешки в хрущевском доме, где жили с родителями матери.

Теперь Андрей был сам себе хозяин. И он все больше увлекался мыслью приобрести старый елениевский дом и переехать туда. Андрей и сам не мог объяснить себе, отчего вдруг его охватило столь странное желание. Но он объяснял его себе тем, что, во-первых, инфляция растет, надо во что-то вкладывать деньги. А земля, недвижимость, тем более такая, с историей – это неплохое вложение. Можно поднять старые чертежи, почитать мемуары, поговорить с музейными работниками. Восстановить все, как было. Потом – дать рекламу, устраивать экскурсии. Прошлое усадьбы столь богато событиями, что можно было не сомневаться, что туры раскупят. Ну а во-вторых, Андрею очень хотелось стать настоящим лендлордом. Этаким новым графом Елениевым. И именно в Солнцевске. Пусть Арина посмотрит, кого она променяла на медбрата. Какой жизни лишилась. И пусть даже сама она в Солнцевск не вернется, мамаша-то ее там живет. Она обязательно расскажет.