Книга Ледяной змей, страница 37 – Виктория Дьякова

А я и сам ей звонить хотел – моя смена была. Заметил, что время им возвращаться, а их все нет. Ну, потом поиски начались. Я и сам участвовал в свободное от смены время. Даже Ирка моя – как без нее, собачница, – добавил он со скрытой нежностью, – но все впустую. Не нашли. Потом эти из агентства инвалидов бегали тут, требовали, чтобы Ника расплатилась полностью. А за что? За то, что ее собаку потеряли? – Потапов вздохнул. – Она заплатила, лишь бы отвязаться от них.

— А можно поподробнее? – попросила Аня. – Вот в тот день. Верея с собакой отправились на прогулку. Не вспомните, как все было?

— Что ж не вспомнить – вспомню. – Потапов кивнул. – Это был понедельник. В середине декабря. Мы как раз с Иркой в воскресенье родителей ее навещали. С тестем хоккей смотрели по телеку. Заступил я на пост, как положено. Ника с Гришей с утренней пробежки вернулись. Прошли мимо меня. Поздоровались. Ника утром с ним сама гуляла. Потом через часок Дмитрий приехал. Ника отправилась на примерку, как мне сказала, а потом на репетицию какого-то шоу. В хорошем настроении была. Около полудня, как обычно, приплыла эта догситтерша. Ника ей ключей не давала. Мы ее впускали и выпускали. Одета, по обыкновению, как качан капусты – сто одежек на ней. И все какого-то ядовитого цвета. Юбка длинная, до пят, сверху свитера какие-то, – а мороза-то особенного и не было, – куртка. Голова платком замотана. Я ее в квартиру проводил. Гриша ее поприветствовал, хвостом помахал. Не потому что любил очень. Но он вообще был дружелюбный, людей любил. Ника без присмотра ее не оставляла. Она камеры включала в квартире, чтобы я вот на мониторе мог наблюдать, что там происходит. Так что ничего из ряда вон она себе позволить не могла. Ей разрешалось приготовить себе чай, что-то взять в холодильнике – но все под присмотром. Чтоб не лазила, где не положено, не своровала что. Она это все знала и согласилась.

— Скажите, получается, что у Ники в квартире камеры были, – прервала его Аня. – А они как работали? Постоянно?

— Нет, ни в коем случае. – Потапов отмахнулся. – Кому ж захочется, чтоб мы всю тайную жизнь знали. Ника сама включала и выключала, когда считала нужным. Вот когда Амала, например, к ней приходит убираться. Или вот с догситтершей этой. Нет, как Гриша пропал, Ника камеры не включала – без надобности ей это было.

— А вообще камеры во всех квартирах есть? – уточнила Аня.

— Да. Но, повторю, включают по надобности. Вот Вишневская после всей этой истории, когда ее как свидетельницу допрашивали, стала жаловаться на здоровье, взяла отпуск и в санаторий уехала. Так включила камеры, чтобы мы ее пустую квартиру обозревали. Помощницу она отпустила, там никого нет, а мы – смотри. А вдруг кто влезет!

— Вы не помните, как называлось агентство, в котором Верея работала?

— «Мечта питомца», по-моему. – Потапов нахмурился. – Я еще подумал, вот такая тетенька неприятная – какая же это мечта? Но агентство что винить, им таких персонажей навязывают. Так бы они их не брали. У них там парикмахерская есть для собак, передержка.

— Но вернемся к тому дню, когда Гриша пропал, – напомнила Аня. – Во сколько Верея с собакой отправились на прогулку?

— Как обычно, в два часа дня, – без запинки ответил Потапов. – Я смотрел. Не потому что любопытно, а потому что дамочка эта доверия у меня не вызывала.