Книга Тайна Лукичёвского Беловодья, страница 26 – Евгений Калачев

— Понял, – кивнул Бритый.

Торба протянул Бритому пачку долларов.

— Да, деньги считайте! Никаких казино или борделей – все будет, когда дело замутим!

— Да какие казино, какие бордели?! Там красные флаги везде – борются за нравственность! – запротестовал Бритый.

— Знаю вас! Сам такой, – улыбнулся Торба.

— А я? – ухмыльнувшись, спросил Кабан.

— А тебе – тем более, – нахмурился Торба. – Бери Штангу и дуйте на лесоповал.

— Как, вроде суда еще не было? – попытался пошутить Кабан.

Правая рука Торбы медленно потянулась к пистолету:

— Я твой суд и прокурор, и мать родная: сам тебя породил – сам тебя и порешу.

— Понял, – быстро проговорил Кабан. – А что там делать?

— Поживите недельку, побывайте на всех заготовках, посмотрите, как работает техника, какое настроение у рабочих, как идет складирование древесины, проведите совещания с начальниками участков: объясните, что идет проработка вопроса по переработке древесины, ищутся новые партнеры, поэтому пока вывоз леса приостановлен, – сказал Торба.

— Понял, – сказал Кабан. – Нужно, чтобы народ не бузил.

— Правильно! А для этого нужно народу вселить уверенность в завтрашнем дне – рассказать – народ любит сказки! И карабины не забудьте взять. Напомнить нелишне, что закон – тайга, а прокурор – медведь.

— Может, еще кого прихватить с собой? – спросил Кабан.

— Пока не надо, но, если что – звони. Возьми мой спутниковый.

Когда Бритый с Кабаном вышли из кабинета, Торба взял стакан с недопитым виски, откинулся на удобную спинку кресла, сделал глоток.

«Блин, всё же развалится без меня! А ведь мечтал же пожить за границей, покайфовать на океанских тропических островах! А тут как раб на галерах – только сам себя приковал цепями! – думал Торба. – Систему надо выстраивать! Чтобы сама работала. А где людей брать?.. Ну вот, опять вернулся к Вовану. А если на нем не зацикливаться, а взять, например, ту же Люсю: и образование есть – языки знает, и голова вроде соображает – компьютер, гаджеты всякие – это ей в помощь, и внешность, как с обложки журнала, – красивые всё же у нас бабы, в Сибири, – думал Торба. – Но ключевое здесь слово „баба“ – куда её одну пошлешь? Охрана нужна! Сопровождение. Да и передраться из-за нее могут пацаны…»

Торба поднял трубку:

— Люся, зайди, пожалуйста.

Секретарь вошла в кабинет.

— Слушаю, Иван Геннадьевич.

Торба внимательным взглядом окинул элегантную женщину, стоящую перед ним, задал неожиданный вопрос:

— Люся, а вы стрелять умеете?

— Нет, – еле скрывая удивление, ответила секретарь. – Но, если надо, могу научиться.

«Вот! А Вовкина Любаша и стрелять умеет, и ножи метать может не хуже, чем я или Вован», – вдруг вспомнил свою деревенскую жизнь Торба.

— Ладно, идите, – сказал разочарованно он. – Да, пригласите ко мне главного бухгалтера и финансового аналитика. И сами тоже зайдите вместе с ними.

Секретарь вышла из кабинета и плотно закрыла за собой дверь. Торба сделал еще маленький глоток вискаря.

«Эх, мама, ты моя мама, как же ты много сделала для меня: родила, воспитала таким, какой я есть, а вот брата мне не родила! А брат мне такой, как Вовка, очень бы пригодился в жизни. Без брата и опереться не на кого!» – думал Торба.

Вертолет летел на высоте птичьего полета на минимальной скорости, и, хотя до верхушек деревьев было несколько десятков метров, пилот очень внимательно следил за высотой, потому что гора могла взметнуться перед носом вертолета так неожиданно, что уклониться от нее уже было бы невозможно.