Книга Марионетка, страница 55 – Николай Владимирович Андреев

— И именно поэтому Муса не рискнул воспользоваться им?

— Я думаю, да, – ответил Романов. – Зато этот фильм как нельзя лучше подходил к другому его плану… Но об этом после, а пока поговорим о том, что было дальше.

— А дальше Муса распространил слух о том, что курьера ограбили мы, – сказал Тяж.

— Да, – подтвердил Романов. – Однако Сергей Захарович, как я понял, несмотря на эти слухи, упорно продолжал поиски грабителей, и Муса, видимо, опасаясь, что когда-нибудь они могут привести к нему, решил взорвать события… Его любовница Оксана Марфина во время вашей встречи по приказанию Мусы подбрасывает вам, Виктор, в карман анашу, в то время как сам Муса или кто-то из его подручных звонит в милицию и перед ее появлением каким-то образом заставляет Сергея Захаровича покинуть кабинет.

— Меня позвали к телефону, – пробурчал Самсон.

— То есть обставляет дело таким образом, чтобы все, а главным образом, вы, Виктор, подумали о том, что это Сергей Захарович подставил вас.

— А я, честно говоря, поначалу на него и не думал, – обращаясь к Романову, простодушно сказал Тяж. – Слишком уж явно. Я тогда, признаться, на ментов грешил. А вот потом, когда вышел журнал, тут уж я, конечно, призадумался.

Самсон предостерегающе поднял руку.

— Подожди! С этим всё ясно. Мне пока не ясно, при чем здесь Муса. Поэтому я предлагаю предоставить слово защите. А то мы тут обвиняем человека бог знает в чем, а может, и зря… Володя! – крикнул он.

Володя, высокий крепкий мужчина, один из четырех охранников Самсона, поднялся из-за столика, стоящего у входа в кабинет. Отодвинул занавеску и просунул голову внутрь.

— Володя, позови-ка сюда Мусу, он где-то здесь сидит, да на всякий случай приглядывай за ним.

Молча кивнув, Володя скрылся за занавеской и через минуту вернулся в сопровождении Мусы.

— Вот этот человечек, – показав пальцем на Романова, произнес Самсон, – утверждает, будто ты скрысятничал. Будто ты тогда, два года назад, хапнул мои триста штук.

— И мне еще подсунул анашу в карман, – добавил Тяж.

Удивленно посмотрев на Романова, Муса пожал плечами.

— Мир состоит не только из людей, но и из таких вот человечков. Чего звал? – обратился к Самсону.

— Да вот узнать, что ты на это скажешь.

— А чего я скажу? За все людские грехи оправдываться – слов не хватит.

— Ну а все-таки?

— Нечего мне тебе сказать! И ты, если есть дело, – говори! Нет – отпусти. У меня мясо стынет.

— Я что-то не помню, – спросил Тяж, – ты был здесь, когда меня менты повязали?

Муса усмехнулся.

— Ты это у него спроси, – кивнул он на Романова, – он же всё знает.

— А вы что, знакомы? – нарочито удивленно переводя взгляд с Романова на Мусу, спросил Самсон.

Муса еще раз недоуменно пожал плечами. Не глядя на Романова, ответил, что видит этого человечка первый раз в жизни.

— В общем, если никакого дела нет, может, отпустишь меня?

Не дожидаясь разрешения, кивнул Самсону, развернулся и направился к выходу.

— Он лжет! – крикнул Романов. – Мы знакомы! У него мой паспорт!

Муса споткнулся о порог. Хотел сунуть руку в карман кожаной куртки, но стоявший рядом Володя схватил ее и вывернул за спину.

Словно желая показать, что не намерен сопротивляться, Муса сделал шаг назад. Развел руки в стороны и дал охраннику Самсона спокойно обыскать себя.