Книга Марионетка, страница 49 – Николай Владимирович Андреев

Постояв у окна, подошел к Романову.

— Что же с тобой сделать? – задумчиво спросил его. – Распилить тебя надвое, что ли?

— А может, – предложил Хома, – разрешить ему самому выбрать, с кем идти.

Самсон с удивлением посмотрел на него. Перевел взгляд на Романова и, ухмыляясь, произнес:

— А что, это идея… – Присев на корточки перед Романовым, спросил: – Ну что, пойдешь со мной?

Романов отрицательно покачал головой.

— Правильно! – из-за спины Самсона загоготал Тяж. – Он пойдет с папочкой. Папочка хоть и скотина, но все-таки роднее чужого дяденьки.

Отодвинув Самсона в сторону, он наклонился к Романову. Погладив его по голове, засюсюкал:

— Ух ты, мой! Какой же ты умненький, ладненький. Ну ладно, не дуйся, иди к папочке, нечего тебе здесь сидеть!

Тяж осторожно взял Романова за локоть и поднял на ноги.

Однако не успели они сделать и шага, как перед ними встал Самсон.

— Тяж! Я хочу, чтобы ты как можно скорее уяснил для себя одну вещь. С писателем ты отсюда не выйдешь. Я положу всех, кто здесь находится, но тебе его не отдам. Он – мой!

И как бы в подтверждение своих прав на владение Романова, Самсон положил ему руку на плечо.

В свою очередь Тяж, показывая, что не уступит ни пяди романовского тела, положил ладонь на другое его плечо.

Спросил:

— Ну и что будем делать? Только, ради бога, не предлагай его резать. А то ведь я могу подумать, будто ты хочешь убрать еще одного свидетеля!

— Неужели ты думаешь, – ответил Самсон, – что если бы я захотел сдать тебя ментам, стал бы так глупо подставляться?

— Не думаю. И именно поэтому я с тобой еще разговариваю.

Романов, слушая перепалку Тяжа и Самсона, не выдержал и, сделав шаг в сторону, стряхнул с себя их руки.

— Послушайте! Вы можете резать меня надвое, натрое, на сколько хотите! – горячо произнес он. – Но я все равно не смогу ответить на ваши вопросы. Я просто не знаю ответов на них! Понимаете? Я не знаю ни кто подложил анашу в ваш карман, – обращаясь к Тяжу, произнес он, – ни кто взял ваши триста тысяч, – к Самсону. – Я ничего не знаю и знать не могу, потому что не я автор этого рассказа. Я всего лишь творчески переработал то, что было написано другим человеком. Из всего придуманного мной там только одна романтическая история Александра Матвеева и Ирины Каюмовой. Понимаете?

— Нет, – ответил Тяж. – Для чего надо было творчески перерабатывать то, что уже написано?

— Для того, чтобы рассказ можно было напечатать в журнале… Вы знаете, что такое литературный негр? – повернувшись лицом к Самсону, спросил Романов. – Это человек, пишущий за другого. Так вот и я за гонорар подрядился писать за другого…

— За Петренко? – перебил Самсон.

— Да.

— Так это не ты, что ли, Петренко? – удивился Тяж, глядя на Романова.

— Полина Александровна Петренко, – за Романова ответил Самсон, – официальный автор рассказа. Только она почему-то оставила в редакции чужой адрес. Но я надеюсь, – обратился он к Романову, – ты поможешь найти ее?

Романов отрицательно покачал головой.

— У меня лишь ее телефон, но он уже целый месяц не отвечает.

— Ну конечно! – усмехнулся Тяж. – Рассказ писал не ты, где найти Петренко – не знаешь, кассету потерял, деньги украли. Что-то, приятель, не везет тебе в последнее время.

Романов развел руками.

— Вы мне не верите, но посудите сами, откуда я могу знать всё то, о чем написал? И вообще, какой смысл мне лгать вам?