Онлайн книга «Марионетка»
|
Помучившись с полчаса и не придя ни к какому решению, он встал с дивана. Взял с книжной полки апрельский номер журнала «Родная речь», открыл его на двадцать третьей странице и прочитал вслух: «Матвеев серьезно задумался. И чем больше он думал над тем, как ему продать эту пленку и при этом не попасться, тем явственнее представлял себе план будущих действий. Он взял лист бумаги и написал: „Петракову Сергею Захаровичу – Самсону. Если Вас интересует видеокассета, на которой снят эпизод ограбления „Фольксваген Пассат“ неким хорошо Вам известным лицом, прошу упаковать тридцать тысяч долларов в плотный полиэтиленовый пакет и утром второго мая на железнодорожном вокзале отдать его крайней в ряду торговке семечками для дальнейшей переадресовки мальчику в красной бейсболке. После получения мною денег обязуюсь доставить интересующую Вас видеокассету. Аноним. P. S. В случае если Вы станете следить за мальчиком, не буду считать себя обязанным выполнять данное мной обещание“. Матвеев вложил письмо в конверт, заклеил его и потом отправил его по уже известному адресу в ресторан „Вечерние огни“». Прочитав отрывок из рассказа, Романов задумчиво почесал нос. Тяжело вздыхая, переписал слово в слово письмо Матвеева Самсону и позвонил в ресторан. Узнал адрес ресторана и как бы между прочим поинтересовался местом нахождения Сергея Захаровича. Девушка, взявшая трубку, вежливо сообщила, что Сергей Захарович в последнее время в ресторане бывает редко, и когда он появится здесь в следующий раз, ей неизвестно. Поблагодарив, Романов быстро положил трубку на рычаг. «Так, – задумался он, – и куда мне теперь, спрашивается, посылать письмо?» И именно в этот момент в его голове мелькнула шальная мысль. Сначала она показалась ему нелепой, даже глупой, но чем больше он думал над ней, тем больше приходил к выводу, что никакого письма не надо, поскольку обмен, если он состоится, произойдет завтра, второго мая. «Итак, поставим себя на место Самсона. Если он не такой дурак, как Малявин, то, прочитав рассказ, обязательно обратит внимание на то, что, во-первых, все описанные в журнале события, за исключением одного-единственного эпизода с передачей видеокассеты, происходили до второго мая, а во-вторых, эти события происходили на самом деле. Из чего можно сделать вывод о том, что кто-то, как в рассказе Петренко, завтра явится за тридцатью тысячами долларов к старушке, торгующей семечками на вокзале, и взамен оставит кассету. Я бы на месте Самсона такой возможностью пренебрегать не стал». Романов встал из-за стола и в волнении прошелся по комнате. «Чушь какая-то, – подумал он. – Эдак, пожалуй, каждый, кто читал рассказ, может явиться завтра за деньгами… Может, – согласился Романов сам с собой, – но только тот, кто в курсе того, что происходит. А тогда этот человек просто обязан понимать, что, несмотря на предупреждение Матвеева не следить за мальчиком, Самсон вряд ли оставит свои деньги без присмотра… В общем, чушь, не чушь, а попробовать стоит. Тем более что, если обмен не состоится, я абсолютно ничего не потеряю». Романов скомкал письмо и направился в кладовку искать красную бейсболку. 2 мая Площадь перед железнодорожным вокзалом была запружена транспортом. Автобусы высаживали толпы пассажиров и тут же, забирая скопившийся на остановке приезжий люд, отъезжали обратно. Прибывшие автомобили задумчиво кружили по краю площади, выискивая место для парковки, а не найдя его, останавливались в самых различных и чаще всего в самых неудобных местах, загораживая пешеходам и без того узкие проходы к зданию вокзала. |