Книга Марионетка, страница 156 – Николай Владимирович Андреев

Весь следующий после ранения день Романов принимал у себя многочисленных гостей. Полулежа на диване, он слабым взмахом руки отвечал на приветствия-прощания входивших-выходивших людей, согласно кивал, если кто-нибудь начинал вести речь о том, как ему, Василию, должно быть больно, и, в очередной раз демонстрируя вновь прибывшим перебинтованную грудь, на которую, по его словам, наложено более двадцати швов, снова и снова рассказывал про то, как они с Никитой Малявиным ловили Демиурга.

Скоро ему это надоело. Услышав, как кто-то из гостей загремел на кухне бутылками, сел, превозмогая боль, на диван и потребовал водки. Выпил рюмку, занюхал рукавом рубашки и, сделав удивленное лицо, спросил, почему никто не пьет за его изрядно пошатнувшееся здоровье.

Гости, сделав удивленные лица, извинились за недогадливость и бросились накрывать на стол.

Веселье было в самом разгаре, когда Романову позвонил Юрий Борецкий – младший брат и ближайший помощник Евгения Борецкого. Сказал, что через час к нему с неофициальным визитом пожалует новый губернатор области, и попросил в целях безопасности освободить квартиру от гостей, если, конечно, таковые имеются.

Квартиру от гостей хоть и не без труда, но освободили. Никита Малявин закрыл дверь за последним из них – самым пьяным, требующим, чтобы Василий до конца выслушал историю его жизни, а потом в стихах описал ее так, как в свое время Пушкин описал жизнь Онегина, и до прибытия будущего губернатора никому ее не открывал.

Сопровождаемый начальником главного управления внутренних дел генерал-майором Кравчуком, Евгений Борецкий явился точно в назначенное время. Поблагодарив Романова за помощь, оказанную при задержании особо опасного преступника, он преподнес ему в подарок кинжал в деревянном футляре, фрукты и бутылку украинской горилки.

Кинжал – Малявин первым делом попробовал ногтем его лезвие – оказался острым, горилка – весьма крепкой.

Выпив рюмку, Романов, уже нетрезвый и оттого пребывающий в приподнятом настроении, почувствовал себя на вершине блаженства.

«Мог ли я, – думал он, с наслаждением слушая Кравчука, рассказывающего о целебных свойствах горилки, – еще месяц назад мечтать о том, чтобы самые уважаемые в городе люди: большие начальники, удачливые бизнесмены, губернаторы и прочие генералы – почитали за честь выпить со мной?»

Ответив себе: нет, не мог, – Романов рассмеялся.

— Ну вот, – вслед за ним рассмеялся Кравчук, – наш раненый, кажется, выздоравливает!

— Давайте-давайте, поправляйтесь! – Борецкий ласково похлопал Романова по колену. – У нас с вами впереди много дел. Пирата еще надо поймать.

— А что? – Романов с вызовом оглядел присутствующих. – И поймаем! Я всю эту маньяческую нечисть, Евгений Борисович, дайте срок, как тараканов выведу! Только скажите!

Пока генерал, посмеиваясь над хозяином, резал фрукты, Евгений Борецкий завел разговор о киллере, нанятом Пиратом. Спросил Романова, действительно ли он видел его.

Романов сперва хотел честно признаться: нет, не видел. Потом решил, что так категорично говорить, пожалуй, нельзя, поскольку кое-что увидеть ему все-таки удалось, и ответил:

— Было дело.

— А опознать, в случае чего, сможете?

— А приводите! – рассмеялся Романов.

В эту минуту в комнате прозвучал рингтон на песню из кинофильма «Следствие ведут ЗнаТоКи». Кравчук вынул из кармана мобильный телефон и, попросив извинения у присутствующих, приложил к уху. Музыка умолкла.