Онлайн книга «Дело влюбленного киллера»
|
Алексей пообещал Марине переговорить со знакомым начальником частного сыскного бюро, чтобы тот помог. В то же время гостю казалось, что хозяйка не решается начать разговор о главном. Смерть Македонского – лишь прелюдия к разговору, ради которого она и пригласила Нертова к себе домой. Но, как Алексей ни старался, ни о чем больше сказано не было. Пообещав зайти через день-два с ответом от сыщиков, он распрощался. После ухода гостя, казавшегося таким сильным и уверенным, Марина вдруг снова с ужасом вспомнила утро этого дня и неудавшуюся попытку бегства в Луганск. Она не могла объяснить себе, почему все-таки не рассказала обо всем только что ушедшему визитеру, хотя пригласила его в гости именно для этого. Но потом поняла: во-первых, следовало пересчитать полученные от банкира деньги: вдруг их хватило бы, чтобы рассчитаться со Змеенышем. А во-вторых… Во-вторых, именно сегодняшний гость был тем человеком в Питере, которому она, разоткровенничавшись на вилле банкира, рассказала все. Все то, о чем шипел по телефону «Змееныш» и что больше не мог знать ни один человек в городе на Неве!.. «Дура, какая же я дурра!» – Марина упала на диван и разрыдалась. А перед глазами вставало сегодняшнее утро и неудачная попытка улететь в Луганск… * * * …Липкий, тяжелый ужас обуял Марину после очередного звонка Змееныша. «Господи, да неужели никто не сможет помочь? – комкая побелевшими пальцами подушку, думала девушка, – никто. Никто, – отвечала она сама себе». В то же время, лихорадочно вспоминая подробности разговоров по телефону, она с ужасом понимала: аноним не шутил: ему было известно и что она когда-то жила на Свечном, и об ее семье, и о братике Петеньке. И про стрельбу… Марина пыталась вспомнить, кому она могла поведать подробности своей жизни. Девчонкам-медсестрам в больнице? Вроде она не была с ними откровенна. Во всяком случае, ни об истории с мертвецом, ни об отчиме она никому не рассказывала. Даже Кате. Но голос звонившего казался знакомым. Только Марина никак не могла понять, где его слышала. Вдруг она отчетливо вспомнила сотрудника милиции, с которым беседовала после смерти Македонского. Наверное, только с ним она разоткровенничалась о своей жизни. Только он интересовался, казалось бы, незначительными (ой ли?!) подробностями, записывая что-то в блокнотик. Но что же она тогда успела наговорить? Как ездила на виллу банкира и стреляла там по тарелочкам? Про охранника с этой виллы, с которым вдруг разоткровенничалась? Кстати, как звали охранника? Марина попыталась вспомнить: «Да, кажется Алексей. Но он же телохранитель… Он может помочь… А голос… это ведь был не его голос?.. А может, так шипел тот оперативник с Васильевского острова»?.. Марина поняла, что запуталась окончательно. Одно она знала точно: надо бежать. Бежать, бросив и злополучную комнату, и работу. Только там, под Луганском, можно не опасаться этого неизвестного, но жуткого Змееныша. Девушка, вскочив с кровати, достала из-под стопки чистого белья, лежащего в платяном шкафу, все свои сбережения. Пересчитав их, поняла: на билет в один конец должно хватить. Быстро собрав в сумку самые необходимые вещи, она бросилась в аэропорт, благо дефицита билетов в последнее время не было. — Как пишется ваша фамилия? – Кассирша почему-то решила переспросить об этом Марину, равнодушно разглядывая поданный паспорт. – Войцеховская?.. |