Онлайн книга «Дело наследников в законе»
|
Неудачная работа киллера, по всей вероятности, была только началом контрмер, принимаемых против Орлова и его команды. Поэтому Алексей решил: надо срочно возвращаться в Питер. Во-первых, он сможет лично участвовать в расследовании и оперативно работать с информацией; во-вторых, основные дела во Франции были выполнены, и вряд ли следовало надеяться, что бригадир Боря придет с повинной в контору Пьера Венсана. А в-третьих, после возвращения бодигарда в родной город пока неизвестные ему силы могут переключить свое внимание на него и таким образом засветить себя. Последним аргументом, придуманным Нертовым в обоснование необходимости поездки, было нахождение в Петербурге бригадира Бори. А бывший сотрудник военной прокуратуры не мог себе позволить, чтобы с этим бандитом разговаривали отставные оперативники, считая, что это лучше получится у него. Нет никаких причин усомниться в профессионализме друзей – просто на этот счет у Алексея были основания: Нертов раньше явно сталкивался с этим Борисом, причем не по разные стороны барьера, а потому рассчитывал на то, что сумеет найти (хм-м!) взаимопонимание. Некогда, собираясь начать боевые действия, русичи предупреждали своих врагов: «Иду на вы…» Сегодня времена изменились, и Нертов до поры до времени не собирался никому афишировать свое возвращение. Поэтому он только отзвонился Арчи, предупредив о приезде и попросив организовать какую-нибудь машину для встречи. Затем, простившись с гостеприимным Лазурным побережьем, вылетел в Петербург. * * * В последнее время удача отвернулась от него: сначала – нелепая и жестокая смерть Катерины, потом – неудача во Франции, а в довершение – угроза разоблачения из-за того, что какие-то два придурка-сыскаря решили отомстить всему свету за своего знакомого. Борис не сомневался, что и русский, и французский сыщики – придурки, так как только такие люди могут себе во вред и притом совершенно бескорыстно целыми днями пахать, выискивая приключения на свои головы. И не только. Правда, поразмыслив, Борис пришел к выводу, что жизнь все же состоит не только из сплошной черной полосы. Ведь догадался же продажный писака позвонить по оставленному телефону и сообщить, что некий Пьер Венсан, сыщик, а проще говоря – мент, хотя и французский, очень интересовался, кто же заказывал публикацию о «Русской Изольде». Если бы Борис знал, что репортер скрыл от него, что передал сыщику фотографию, то сильно расстроился бы. Но это Бригадиру известно не было, и он похвалил себя за предусмотрительность. Да, он верно поступил, оставив журналистишке телефон для связи и пообещав приплатить, если им придется воспользоваться. Безотлучно дежурящая на трубке бабуля, не выходящая уже несколько лет из своего дома из-за больных ног, старательно записала сообщение, несмотря на то что из всего сказанного поняла только два слова: «Борис» и «Франция». Но и этого краткого сообщения было достаточно, чтобы забить тревогу. Не подвел и Слон. Попав в переделку, гнусно подстроенную сыскарями, он догадался заявить, что нуждается в адвокате, и перепуганные прокурорским надзором менты вынуждены были предоставить свидание с защитником. А дальше все донельзя просто: гонорар адвокат получал уже у Бригадира. Размышляя о своей нелегкой жизни, Борис чуть не проглядел вошедшего. Это был невысокий, но крепкий парень, несмотря на жаркую погоду одетый в рубашку с галстуком и пиджак. Но по тому, как он вошел в бар «Анка», излюбленное место отдыха Бригдира, можно было понять, что это тоже один из завсегдатаев. Сев за столик к Борису, парень велел официантке, чтобы она принесла чего-нибудь холодного попить. Бригадир сразу понял: браток его порадовать ничем не может. Хотел бы – порадовал. Ибо все, кому выпадала честь работать на Бориса, поняли давно: шефа лучше не огорчать. Особенно если причиной того стала твоя же собственная нерасторопность и наглое игнорирование предписаний Бригадира. |