Книга Невидимый фронт, страница 135 – Юрий Усыченко

Вот, наконец, здание контрразведки.

Марченко вышел из машины.

В вестибюле начальника остановил дежурный офицер:

— Разрешите обратиться, товарищ капитан первого ранга! Пакет от товарища Глебова. Принес он сам, просил передать.

— Ага! Давайте. – Марченко торопливо разорвал конверт. – Так… «Ваше поручение выполнил… Были вместе на “Виктори”, – вполголоса читал каперанг. – Вернулись только что… Посылаю образец почерка – его записку для меня к одному из сотрудников консульства…» Вот она, – Марченко глянул на небольшой листок бумаги, вложенный в конверт вместе с письмом Глебова. – «Рад немного помочь вам… С приветом! Глебов». Молодец! Сделал все.

Каперанг спрятал письмо и, неожиданно легко шагая через две ступени, поднялся по лестнице к себе в кабинет. Бурлака не отставал от начальника.

— Ну, лейтенант, – Марченко повесил фуражку на вешалку в углу, тщательно пригладил все еще густые волосы, – период догадок и предположений кончился. Посмотрим, что находится в нашем распоряжении.

Марченко подошел к массивному шкафу, установленному у стены. Певуче скрипнула дверца. Каперанг достал коричневую папку и положил ее на стол.

— Бумаги эти, – говорил он, развязывая тесемки, – найдены в квартире Милетина. Письма старику от сына Михаила, записка за его же подписью, лежавшая под столом. Приобщим к ним письмо, которое наши товарищи отыскали на дороге возле кургана. Проглядите все. Что вам это говорит?

— Ну? Прочли? – обратился Марченко к лейтенанту через некоторое время. – Что думаете?

— Мне кажется, – ответил Бурлака, перебирая бумаги, – дело обстояло так: шпиону каким-то образом стало известно, что по катакомбам из дома Милетина можно пройти в бюро. С письмом Михаила Милетина он явился к старику, требуя помощи и угрожая в противном случае рассказать о предательстве Михаила Милетина. Старик отказался, тогда его убили.

— В общем я с вами согласен, но как вы объясните одну деталь… Откуда взялось письмо Михаила Милетина? Ведь если младший Милетин предатель, нужно время, чтобы найти его в армии, выманить от него такое вот послание, а сделать это нелегко. Затем нужно опять вернуться в Энск. Довольно сложная и затяжная штука, не правда ли? Явиться сюда с готовой программой действий и готовым письмом Михаила Милетина шпион не мог. Подобные шаги предпринимаются непосредственно на месте, когда ясна конкретная обстановка.

— Да, – признался Бурлака, – этот вопрос я уже задавал себе и не нахожу на него ответа.

— А он очень прост. Смотрите.

Марченко положил рядом одно из последних писем Михаила к отцу и записку, в которой лейтенант умолял старика помочь шпиону.

— Я тоже встал в тупик перед загадкой, но мало-помалу добрался до истины, когда стал сличать почерк обоих документов. Займитесь и вы этим…

— А-а!.. – Бурлака в горячности вырвал из рук Марченко обе бумаги и стал внимательно вглядываться в них. – «О» здесь круглое, закрытое, а здесь – с хвостиком наружу. Одно «т» с толстой верхней чертой, другое – с чертой потоньше. Точно: почерк на записке Михаила Милетина подделан. Михаил не писал ее. Вот теперь порядок полный, все ясно.

— Конечно, не писал, – улыбнулся Марченко. – Шпион сумел втереться в доверие к старику, получил доступ к письмам его сына. Одно из них украл. В спокойном месте и сфабриковал эту записку, подделав почерк.