Книга Тайна голубого стакана, страница 58 – Алексей Попков

— Вот бы пожать ему руку, – восторженно отозвался капитан..

— Настанет день, пожмете, – улыбнулся Якорев.

— Значит, я должен…

— Немедленно возвращаться на рудник. На рудник – за Сандерсом! Я с минуты на минуту ожидаю подтверждения своих догадок. Но это еще не все. Должен вас предупредить, Вы отвечаете за жизнь геолога Ковригиной.

— Ковригиной? Так это ее имеет в виду «Гранит», когда сообщает об угрозе, нависшей над «Преградой»?

— Точно! Как вам удалось сработаться с нею?

— Все в порядке! Отношения более чем неприязненные.

— Очень хорошо! – рассмеялся полковник. – Вы молодец, капитан! А теперь попрошу, не торопясь, самым подробным образом доложить мне все, что было вами сделано по розыску записок Дорогина. Ваша краткая записка по этому вопросу меня не удовлетворила.

Капитан помолчал немного и начал:

— Это дело мне было поручено еще во время войны. Я должен был разыскать все материалы, связанные с открытием геологом Дорогиным нового минерала, и решил начать свою работу с розыска оставшихся в живых родственников Дорогина и с изучения тех немногих данных о его жизни и работе, какие сохранились в архивах научных учреждений.

Прошло не больше месяца с момента получения задания, как мне стало ясно, что Дорогин был незаурядным учёным не только для своего времени. По своим убеждениям и характеру это был подлинно русский человек, горячий патриот своей Родины. Не встречая поддержки и помощи со стороны правительства, он на свои скудные средства вел разведку и изучение открытого им минерала. Отказывая себе и семье буквально во всем, Дорогин все же добился своего: выявил ряд ценнейших свойств минерала.

С помощью врача-микробиолога Дорогин нашел способ получения препарата, способствующего быстрому заживлению ран. При этом почти все опыты он и двое его помощников проводили на себе. Из сохранившихся немногих материалов видно, что результаты были достигнуты поразительные, но в этот момент и Дорогин и его друзья погибли один за другим при очень загадочных обстоятельствах. Первым погиб врач, потом второй помощник, по образованию – геолог. Позже всех скончался Дорогин, организм которого, очевидно, оказался крепче. Его жена после смерти мужа распродала имущество и уехала в Москву.

Умерла вдова Дорогина вскоре после Октябрьской революции. Что стало с их единственной дочерью – неизвестно. Установлено лишь, что еще при жизни отца она вышла замуж за инженера и что у них была дочь…

Полковник внимательно слушал, изредка делая пометки в настольном блокноте.

— Не найдя никого из родственников Дорогина, я принялся за изучение дореволюционных библиотечных каталогов и просмотр геологических фондов в институтах, трестах и музеях, в первую очередь тех городов, где бывал Дорогин. В городе, где жил он продолжительное время, я тщательно ознакомился с фондами библиотек, не пропустив ни одного местного издания прежних лет. Не обнаружив ничего интересного, я решил посетить местный музей, который славился редкостными геологическими экспонатами. В создании этого музея и сборе материалов для него принимал, как мне рассказывали, живейшее участие Дорогин.

Обойдя все залы и не увидев ничего, что напоминало бы о Дорогине, я собирался уже покинуть музей и лишь на всякий случай спросил у пожилой женщины-наблюдателя, не приходилось ли ей слышать что-либо о жизни и работе геолога Дорогина, жившего в этом городе до революции. Она постепенно разговорилась и сообщила, что записки самого Дорогина хранятся в сейфе директора.