Онлайн книга «Станция Степная»
|
Железнодорожный узел охранялся воинской частью. Однако, несмотря на героизм наших летчиков и мастерство зенитчиков, отдельные вражеские самолеты иногда прорывались к станции и бомбили ее. К тому времени, о котором здесь говорится, от вокзала остался лишь просторный подвал с крепким сводчатым потолком. Раньше здесь была кладовая, где хранили и заправляли фонари для поездных бригад, лампы для стрелок. Здесь же стояли бочки с керосином, отчего подвал пропитался тяжелым запахом, от которого болела голова. Когда вокзал был разрушен авиабомбой, фонари, лампы и бочки перенесли в другое место, а в подвале начальник станции и комендант устроили свои «кабинеты»: поставили столы с походной аппаратурой и книгами прибытия и отбытия поездов. Во время последней бомбежки начальник станции погиб и его замещал лейтенант Еремин, бывший до войны помощником начальника соседней со Степной станции Грачевка. …Утро. Яркие солнечные лучи пробивались сквозь узенькие стекла подвала и освещали склонившегося над картой коменданта станции Долова – лысого человека в побелевшей от времени гимнастерке. Рядом стоит Еремин и водит по карте тупым концом красного карандаша. Это среднего роста крепыш. Лицо скуластое, загорелое, нос немного загнут, как у беркута, взгляд острый, на голове плотно сидит фуражка. Лейтенант обвел на карте участок и проговорил негромко: — Прошлую ночь ракеты были выпущены в этом районе. — Ракетчики пойманы? — Пока нет. Уверен, что поймаем в ближайшие дни. — Да, задача… – задумчиво пробормотал Долов, разглядывая карту. – Обрати внимание, опять в новом квартале. — Заметает следы. Долов поднял на Еремина глаза, помедлил, неуверенно проговорил: — Мне кажется, этот ракетчик из местных жителей… — Из наших, советских людей? – сурово спросил Еремин. — Конечно, нет. Просто какой-нибудь недобитый враг, кулацкий сынок, знающий здесь все лазейки, все ходы и выходы. Возможно, ему помогают еще несколько человек, потому-то мы и не можем его поймать. Нужно вот что предпринять… Но что нужно предпринять, Еремин не услышал: в подвал вошел боец и сказал, обращаясь к Долову: — Товарищ майор, разрешите обратиться. — Говори. — Тут до вас, – боец кивнул на дверь, – хотят двое геологов пройти. — Двое геологов? Очевидно, это те, о которых нам сообщили из Гулова, – пробормотал Долов, – пусть войдут. Боец вышел. Еремин в ожидании уставился на дверь. Долов сложил карту и тоже посмотрел на дверь, которая в этот момент распахнулась. В помещение вошли двое и остановились. Тот, что стоял немного ближе, был смуглолиц и, видимо, крепок. В глаза бросалась белая повязка на голове с пятнами крови. Поверх повязки кое-как была надвинута полотняная кепка. Полотняная куртка, брюки и брезентовые сапоги покрыты пылью, пятнами крови, уже почерневшими от времени. Человек, как видно, был ранен, сильно устал, но старался не показывать этого. Его товарищ имел более плачевный вид: левая рука покоилась в вафельном полотенце, завязанном на шее, на голове тоже повязка, на ней осел такой слой пыли, что трудно определить, чем же перевязана голова. Долову и Еремину понадобилось лишь несколько мгновений, чтобы заметить все эти подробности. Ясно, что люди ранены, проделали немалый путь пешком, очень устали… — Прошу, – сказал Долов, указывая посетителям на широкий, массивный деревянный диван, стоящий у стены. |