Книга Станция Степная, страница 60 – Владимир Цыбизов

— Не быть им здесь, друзья мои, никогда не быть. В этом я глубоко убежден. Иначе не стал бы беречь сад. – И уже будничным тоном предложил: – Давайте-ка инструмент приберем.

Пионеры помогли учителю собрать садовые лопатки, мотыги, ножи, пилки и отнесли все это в кладовку при школе. Когда выходили оттуда, Пал Палыч прихватил с собой корзину с двумя ручками. Ребятишки уже знали, для чего учитель взял ее: сейчас они пойдут в сад собирать яблоки, груши и сливы, сбитые с деревьев взрывной волной. Так оно и случилось.

Учитель провел пионеров в ту часть сада, где росли старые деревья. Под ними тут и там лежали яблоки, груши, сливы. Яблоки были величиной и с грецкий орех и с кулак. Некоторые уже поспели, другие были еще зеленые, кислые, хотя с виду казались очень вкусными, сладкими. Володя, обманутый видом большого красного яблока, поднял его и надкусил. Сейчас же рот его перекосило, точно судорогой. Тогда он огляделся и незаметно для других бросил надкусанное яблоко подальше в траву. Посмотрел, какие яблоки едят ребята, Нина. Что-то уж больно маленькие, невзрачные.

— На, попробуй, – сказала Нина, заметив взгляд Володи, и подала мальчику одно яблоко. Володя взял, откусил – и с удовольствием принялся жевать: яблоко было сладкое, точно мед.

— Это какой сорт? – спросил Володя девочку, уминая яблоки за обе щеки.

— Это коробовка. Она рано созревает. Ты когда-нибудь ел коробовку?

— Нет, не ел.

— А белый налив ел?

— Розовый налив ел, а белый – нет…

Но вот Пал Палыч остановился, поставил корзину на землю и сказал:

— Ну, пионеры, давайте соберем яблочек для наших больных. Собирайте вот под этими яблонями, а под те деревья не ходите: те еще не созрели.

…Примерно через полчаса корзина с фруктами уже стояла в коридоре амбулатории, откуда был ход в кухню. Оттуда появился высокий толстый повар в белом фартуке и колпаке. Заметив группу пионеров, он громко заговорил:

— А, потомки! Примите пламенный привет! Опять целую корзину приволокли? Я вижу, вы решили совсем избаловать моих больных: на завтрак среди прочего обязательно компот, обед тоже не обходится без фруктов, а вечером – это уж закон. Коля, сбегай, дорогой, за кладовщиком, он в учительской. Да среди вас новенький! Как же тебя звать, отрок?

— Его Володей звать, – поспешил ответить за товарища Вася. – У него отец – начальник станции. Они совсем недавно приехали сюда.

— Вот как! – сказал повар, глядя на Володю. Он стоял перед Володей, заложив руки за спину и выпятив перед собой большой живот. Было похоже, что у повара не настоящий живот, а поддельный, как все равно подушку засунул под фартук. Володю неудержимо потянуло ткнуть пальцем в этот живот: может, в самом деле подушка? Но все-таки удержался. Даже сделал полшага назад, чтобы не поддаться искушению.

Повар, заметив, что Володя пристально смотрит на его живот, отступил назад, громко рассмеялся, похлопал живот огромной ладонью и сказал:

— Что, испугался? То-то же. Не будь ты пионером, обязательно съел бы.

— Ничего я не испугался… – вымолвил наконец Володя сухо.

— Ну, если не испугался, то давай познакомимся. Меня зовут дядей Ваней. Да ты не сердись, я верю, что ты храброго десятка. Пойдем-ка на кухню.

Дядя Ваня поблагодарил учителя за фрукты и пообещал вернуть корзину с ребятишками. Потом он с пионерами скрылся на кухне. Повар пользовался всяким случаем, чтобы угостить детишек чем-нибудь вкусным, например, пирожным, тортом, пирожками с повидлом, мороженым или другими редкими в военное время вещами. Вот и сейчас он поставил перед ними тарелку с пирожными и, отойдя в сторонку, чтобы не смущать, уселся на стул. Стул жалобно скрипнул. Володя с уважением поглядел на дядю Ваню: вот это настоящий повар! И принялся за пирожное. Васька вон уже за вторым тянется. Рад на даровщинку… А яблоки хуже всех собирал.