Онлайн книга «Тайники партизанских троп»
|
«Или это некий тревожный звоночек лично мне? Мол, куда ты, товарищ майор государственной безопасности, рвёшься? Геройствуешь, брат? Но что ждёт тебя на фронте?» – размышлял Исай Исаевич, пытаясь прогнать навязчивое ощущение тревоги и даже растерянности. Возможно, такие мысли были вызваны у него и личными мотивами. Дело в том, что семья его в начале июня уехала в отпуск, к родным на Гомельщину в Белоруссии. Было всего одно письмо. О том, как доехали, как встретила родня, как начали отдыхать, пообещав более подробно написать после двадцатого числа… Кондратюк рвался на запад, подсознательно надеясь, что, будучи поближе к тем местам, может быть, сможет что-либо выяснить о судьбе жены и сына… Что касается ситуации здесь, в Сибири, то, зная о выжидательной политике японского руководства в отношении того, как сложится обстановка под Москвой, их нападение на СССР откладывается на неопределённое время, поскольку столицу, можно быть уверенным, отстояли. Значит, время партизанской войны и использование заложенных тайных схронов тоже, к счастью, отодвигается. Возможно, они и не пригодятся вообще. «А навыки снайперской стрельбы, точнее, опыт этого Матвея Глушака, мог бы сегодня очень пригодиться», – размышлял Исай Исаевич о старом охотнике. Впрочем, не таком и старом. Тому под пятьдесят, а объявлена мобилизация до пятидесяти пяти включительно. А что, если предложить ему пойти в снайперскую школу? …Первые навыки рядовой пехотинец Глушак получил в Первую мировую войну. В Гражданскую они как-то не пригодились. Воевал заместителем командира эскадрона на южных фронтах. А теперь – в сорок первом – самое время тряхнуть стариной, что ли?.. В Первую мировую войну, имевшую характер позиционной войны, настоящими хозяевами «ничейной земли» были снайперы. Они получили массовое распространение именно во время Первой мировой. Психологические и штыковые атаки и бравый кавалерийский наскок уже отходили на второй план, а во всех основных армиях начали получать популярность меткая винтовочная стрельба и заградительный пулемётный огонь. В российских частях получило распространение «Наставление для стрельбы из винтовки, карабина и револьвера». В нём солдатам разъяснялось, что каждый боец должен лично выбирать себе цель, выставлять прицел и самостоятельно открывать огонь, если нет иных приказов командиров. Отработка новых принципов ведения боя показала своё преимущество уже в 1914 году, когда солдаты 68-го Бородинского пехотного полка отбили пять атак венгерской кавалерийской дивизии, практически полностью перебив неприятеля метким ружейным огнём. Профессиональные же подразделения снайперов впервые появились в Германской империи, где только за первый год войны подготовку прошло более 20 тысяч снайперов. Уже тогда они использовались как вольные «охотники» и самостоятельно выбирали себе как позиции, так и цели. Аналогичные подразделения почти одновременно появились и у «красных мундиров», но у них на подготовку стрелков времени уходило гораздо больше. Тут сказались дворянские традиции двух империй – в Германии, в отличие от Великобритании, охота не была привилегией богатых, и большинство немецких егерей довольно быстро осваивались с новой профессией, имея за плечами большой охотничий опыт. По этой же причине многие величайшие снайперы СССР были выходцами из районов Крайнего Севера и Сибири. |