Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 4 – Валерий Пирогов

— Вопросов нет. Тогда начинаем работать.

Он еще раз бегло взглянул на капитанов и решил:

— Капитан Ткаченко. Вы идете со мной. А вы, капитан Дмитриев, оставайтесь здесь и ждите моего прихода. Ни с кем никаких разговоров без меня не вести!

Иван Иванович взял личное дело Ткаченко под мышку, а второе дело положил в сейф. Запер сейф на ключ, надел китель, положил ключ в боковой карман кителя и внимательно осмотрел рабочий стол – не осталось ли на нем рабочих документов.

— Ни с кем никаких разговоров! – еще раз предупредил он и удалился вместе с подшефным.

Он знал по опыту, что в Управлении военной контрразведки всегда находились ушлые оперы, которые, увидев новичка, начинали задавать ему вопросы, откуда он, чем занимался в своем особом отделе, кто составил ему протекцию для назначения в Центральный аппарат. Если кандидат «ляпнет» по неосторожности что-то лишнее, его слова моментально станут достоянием руководства отдела, куда он планируется к назначению, и с большой долей вероятности это может послужить причиной для отказа, или потом долгое время будет осложнять ему продвижение по службе.

Капитан Дмитриев с полчаса сидел неподвижно на стуле напротив стола кадровика и внимательно рассматривал убранство кабинета. Выглядело всё так, как он и представлял себе эту обитель сверхчеловеков. Солидный стол со вставкой из зеленого сукна, на котором под массивным стеклом размещались отпечатанные на машинке списки каких-то телефонов. Над столом висел традиционный портрет Дзержинского. В углу небольшая тумбочка, на которой стеклянный поднос, графин с водой и несколько стаканов. Сейф, в котором подполковник запер его личное дело, прятался в стене за деревянной панелью, какими были обрамлены в человеческий рост все стены кабинета.

Вдоволь насмотревшись на этот интерьер, Виктор встал и нерешительно подошел к окну. Напротив располагалось массивное многоэтажное здание дома двенадцать, где он оформлял пропуск. Внизу на широкой стоянке в два ряда расположились черные и белые «Волги». Некоторые из них приезжали, высаживая подтянутых мужчин в штатском, другие отъезжали по каким-то своим делам. Виктор понимал, что все эти люди имеют разные воинские звания и должности, но независимо от этого они принадлежат к избранным, к касте чекистов, которых в народе побаиваются и уважают или уважают и побаиваются – в зависимости от обстоятельств.

«Если всё сложится, как надо, скоро я буду так же, как и они, входить в это здание и выполнять важную государственную работу», – думал Виктор. Какая работа ему предстояла, он догадывался, потому что начальник особого отдела Московского военного округа генерал Соколов честно рассказал ему о некоторых обстоятельствах возможного назначения, но предупредил, что он только рекомендует его, а окончательное решение о его новом месте службы будет принимать не он.

В кабинет подполковник вернулся один. Виктор поспешно отошел от окна и вопросительно посмотрел на кадровика.

— Теперь ваша очередь, – сообщил подполковник. – Идемте, нас ждет секретарь парткома Управления генерал Локтев. Отвечайте на его вопросы откровенно, не стесняйтесь, он хотя и кадровый политработник, но и оперативную работу знает отлично, до этой должности он был начальником Первого отдела управления.