Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 251 – Валерий Пирогов

— Давай погуляем на свежем воздухе…

Они переходили улицу и прогуливались в сквере у памятника героям Плевны, где стайками кучковались завсегдатаи сквера гомики. Там они обсуждали конкретные ситуации и расклад сил в руководстве Министерства обороны, ГРУ и КГБ. Но ситуация развивалась стремительно, счет шел не на годы и месяцы, на дни и, похоже, никто в руководстве страны уже её не контролировал.

После того как ГКЧП был разгромлен, во всех силовых и правоохранительных органах начались разборки, реорганизация и преследование инакомыслящих. В армии и КГБ был уволен весь руководящий состав, со средним звеном и рядовыми сотрудниками разбирались персонально. Часть была уволена волевым решением, некоторые уволились сами. Остались те, кто остался…

В эти дни подполковника Русланова могли видеть где угодно, не только на Лубянке, но и в Белом доме, и на Старой площади. В отличие от некоторых служак он стремился не просто слепо исполнять распоряжения начальников, а понимать, что происходит. Для этого надо было обладать максимальным объемом информации.

Алексей не был и примитивным карьеристом, его интересовала не просто должность, хотя от более высокой должности он никогда бы не отказался, но при этом он хотел быть рядом с теми, кто принимает судьбоносные для страны решения, и иметь возможность участвовать в этом. Для него это было частью захватывающей игры, в которой он принимал активное участие, тогда как в разведотделе военной контрразведки на его долю приходилось только написание отчетов об операциях и оперативных играх с разведками противника, совершаемых другими контрразведчиками.

Как большинство сотрудников КГБ, он был юристом не только по образованию, но и по призванию. Мысленно он видел себя таким же оратором, как Собчак, или автором законов, как Шахрай, хотя и не признавался себе в этом.

Поэтому он умудрился в эти смутные месяцы поработать в Верховном Совете и с коммунистами, и с Алкснисом, и с группой Кобеца. Логично, что, когда в КГБ затеяли реорганизацию, сокращение и чистку, он как-то естественно и незаметно перетек на Старую площадь. Там только начинала формироваться ельцинская Администрация Президента, в которой он стал одном из руководителей Правового управления.

Через несколько лет он настолько освоился в этом инкубаторе карьеристов и интриганов, что стал заместителем начальника управления, и ни один серьезный документ не попадал на стол президента без его визы. Надо отдать должное, Алексей был классным специалистом, при этом не только разбирался в юридической казуистике рассматриваемых вопросов, но и тонко улавливал и учитывал все подводные течения и водовороты в кулуарах Администрации Президента.

Он был обаятелен и прост в общении, не склонен к пьянству, но для дела мог запросто на равных «влиться» в любую компанию, если это позволяло ему расширить круг знакомств или получить важную для него информацию. Эта неразборчивость в общении едва не сгубила ему карьеру.

Однажды на Лубянку поступила информация от руководства Седьмого управления. Служба наружного наблюдения зафиксировала встречу в ресторане установленного разведчика – руководителя резидентуры английской разведки МИ–6 в посольстве США в Москве – с неустановленным мужчиной, который после окончания встречи зашел в шестой подъезд Администрации Президента. Выяснилось, что это был Алексей Русланов, полковник действующего резерва ФСБ, прикомандированный к Администрации.