Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 220 – Валерий Пирогов

Естественно, как у руководителя сильнейшей в мире спецслужбы, у него были собственные приоритеты в работе. Особые поручения идеологического характера выполняли подразделения Пятого управления. Управление «С» ПГУ, наряду с добыванием политической информации, устанавливало и поддерживало его специфические личные контакты с зарубежными партнерами, а отдел «П» выполнял функции его личной контрразведки…

С годами ряд аналитиков в российских спецслужбах высказали мнение, что все эти положительные качества выдающегося деятеля Советского государства и многолетнего авторитетного руководителя органов КГБ никогда не затмевали у него главной цели и средства всей этой деятельности – борьбы за власть. Здесь он не знал поражений…

Соседей себе не выбирают, и с соседями надо жить в дружбе, гласит народная мудрость. В КГБ принято называть ГРУ «соседями», а их штаб-квартиру – «стекляшкой». Те в свою очередь называют КГБ/ФСБ «конторой», а ясеневских коллег по разведке из ПГУ/СВР – «лесом».

И все знают друг о друге очень много, в том числе и много лишнего, что способствует конкуренции, но опасно утечкой секретов к противнику, причем неконтролируемой утечкой, что еще опаснее.

В СССР было принято, что в отношении разоблаченных шпионов иностранных разведок после вынесения им приговора судом в СМИ появлялось официальное заявление под рубрикой «ТАСС уполномочен заявить»… После этого в средствах массовой информации появлялись пространные материалы о происках иностранных спецслужб, о потере бдительности отдельными сотрудниками государственных учреждений. Партийные органы и спецслужбы на основании таких материалов проводили с населением соответствующие пропагандистские акции, а с руководителями организаций, где произошло ЧП, – разбор полетов.

Обычно в отношении крупных руководителей организаций, где произошло подобное ЧП, меры были суровыми. Например, после разоблачения шпиона Пеньковского, выдавшего секретные данные о строительстве нового вида вооруженных сил – Ракетных войск стратегического назначения, своей должности лишился главком РВСН маршал Батицкий, из руководителей Минобороны пострадал маршал Москаленко, переведенный на другую должность с понижением. Соответственно были наказаны и причастные к провалу офицеры непосредственно в аппарате ГРУ.

Если в своей среде военные контрразведчики, разоблачившие очередного шпиона в ГРУ, могли сколько угодно говорить об этом и радоваться успешно проведенной операции против разведок противника, то в отношении сотрудников и особенно руководства ГРУ они должны были соблюдать неписаные правила этикета – не бередить им раны.

Можно себе представить моральное состояние офицера-разведчика, который осознает, что военная контрразведка в любой момент может и его заподозрить в неблаговидных делах. В то же время они понимали, что особисты должны по роду службы выполнять эту неприятную для них, но необходимую работу. Поэтому чекисты, общаясь с сотрудниками ГРУ, были предельно тактичны и старались без необходимости не напоминать о своих подозрениях. Ведь им предстояло работать бок о бок и дальше.

Чем отличается менталитет разведчика от контрразведчика? Многим. Но главное состоит в том, что, имея целью выполнить задание руководства, разведчик должен очень много внимания уделять безопасности, не совершать ни одного лишнего движения, не оставлять документальных улик своей деятельности… Контрразведчик также соблюдает меры конспирации, но расконспирация не угрожает ему арестом или смертью. Он, напротив, стремится собрать как можно больше документальных свидетельств преступной деятельности шпиона и тщательно, по крупицам, составляет на него досье.