Книга КГБ. Бывших не бывает?, страница 152 – Валерий Пирогов

Как уже было сказано, генерал армии Шкадов был чрезвычайно опытным военачальником, кадровиком и одновременно изощренным царедворцем, вхожим в административный отдел ЦК КПСС. Однако работа заместителя МО по кадрам предполагала также участие в столь широком спектре вопросов, что не допустить ни одной ошибки было просто невозможно. Допускал их даже Шкадов.

Итак, в июле 1983 года в Комитет партийного контроля при ЦК КПСС поступило анонимное письмо (подписанное «офицерами ГСВГ»), в котором Иван Николаевич Шкадов обвинялся в протекционизме и других грехах. Первое – «сыновья маршала Соколова, генерала армии Попова и зять генерала армии Сухорукова быстро продвигаются с должности на должность, и все воинские звания им присваиваются досрочно».

Второе – национализм. «По указанию т. Шкадова и других генералов ГУКа в войска поступило строгое указание – хохлов не выдвигать. Вследствие этого ряд генералов-кадровиков требует хохлов не представлять, ранее направленные представления возвращают назад или лиц украинской национальности вызывают на беседу в ГУК, чтобы «зарезать». На приемных экзаменах в военные академии один из генералов ГУК лично «отсевал» хохлов, требуя ставить им двойки».

В заключение этого анонимного послания содержался убийственный для Шкадова пассаж – «А товарищ Шкадов ведь депутат Верховного Совета СССР от Украины! Кощунство! С этими людьми мы не хотим быть в одной партии, поэтому и обратились именно к Вам! Всего написать не в состоянии, все это требует хорошей проверки».

Если бы эти факты оказались соответствующими действительности и их кто-либо смог бы подтвердить, то Шкадова ждали бы очень серьезные последствия – от взыскания до понижения в должности.

Однако и факты были неоднозначными, и ответ, который был подготовлен в ГУК и направлен в КПК за подписью самого Шкадова, содержал достаточно убедительное опровержение изложенных в письме обвинений. Что касается сыновей маршала Соколова и родственников генералов армии Попова и Сухорукова, то они действительно росли по должностям успешно, как, впрочем, и все дети других маршалов и генералов. В армии даже существовал анекдот, основанный на реалиях армейской жизни:

Вопрос: Может ли сын генерала стать генералом?

Ответ: Может.

Вопрос: А маршалом?

Ответ: Нет.

Вопрос: Почему?

Ответ: Потому что у маршалов есть свои дети!

Но упрекнуть какого-то конкретного генерала или, тем более, обвинить в злоупотреблении служебным положением в связи с протекционизмом в отношении своих детей было невозможно. Закон запрещал офицерам только служить в прямом подчинении у родителей-генералов, но они служили в подчинении у друзей этих генералов, и все официальные представления на их досрочные воинские звания и назначения на вышестоящие должности писались другими генералами.

Словом, все было законно с точки зрения буквы закона. Другое дело, что множество других военнослужащих в армии видели и понимали все это, но противопоставить что-то реальному и циничному протекционизму никто не мог. Не менее глупо (для тех, кто знал об этом) было и жаловаться в ЦК или КПК при ЦК КПСС на генеральский протекционизм. Ведь там работали или проходили службу те же генералы-политработники, которые раньше служили в армии и в настоящее время были связаны с армейскими верхами самыми тесными узами дружбы и взаимной круговой поруки.