Книга Об исполнении доложить, страница 87 – Вадим Пеунов

Мы с Марфой встали и пошли к подводе. К моему удивлению, на дне брички лежали две винтовки, причем одна из них автоматическая, токаревская.

— Полищук! – закричала Марфа. – Вот такой ты вояка! Оружие бросил! – Она взяла обе винтовки и, как палки, понесла их к родничку.

Ей навстречу выбежали двое: один уже в годах, под шестьдесят, а другой парень лет двадцати семи.

— Марфа, ох и налякала же ты нас! – проговорил с облегчением пожилой.

Молодой потянулся рукой к винтовкам:

— На минуточку отошли.

Марфа винтовок не отдала.

— А ежели вернулись бы за своим парашютисты? Плакала бы за тобою Клавдия! – попрекнула она молодого. – Вот отвезу вашу зброю Ивану Евдокимовичу.

Молодой рассердился:

— Да ты что, Марфа, не знаешь Караулова? Может и арапником потянуть через спину.

— Бросил оружие и хочешь, чтоб тебя на чарку пригласили?

Говорю:

— Марфа Алексеевна права, тут могут появиться не только друзья. Следовало выставить хотя бы пост на просеке. А вы разговариваете так громко, что за три километра слышно.

Увидели человека в гражданском. «Незнакомый. Марфа привела. По всему – начальство». Притихли.

— Пойдемте посмотрим землянку, – предложил я им. – А посты выставьте.

— Полищук, – сказала Марфа, – иди до лошадей, искупай свою промашку доброй службой.

Парень ее послушался, побрел к лошадям. Отправила Марфа в дозор и второго небдительного возчика, затем сходила к машине за Крутым.

Копавшие сняли уже почти всю землю с бывшей крыши и вытянули несколько лесин, из которых был сделан накат. Крутой осмотрел одну: длинною метра два с небольшим, в диаметре сантиметров шесть. На срезе – застывшими капельками живица. Он раздавил ее. Запахло скипидаром, сухой лучиной. Кора мягкая, за ствол держится цепко.

— Не так давно эта сосенка стояла еще на корню, – сделал вывод Крутой.

Марфа определила точнее:

— Може, с неделю как спилена, от силы две.

Но именно неделю тому Сугонюк отработанным шифром дал своим шефам в разведцентр радиограмму о том, что Пятый в больнице.

Конечно, такое сопоставление – грубая натяжка. А если эта натяжка в нужную сторону?

До нашего появления землекопы успели вытащить один из парашютов. Он был разорван взрывом, видимо, за него и ухватился Петр Данилович.

— Работу пока лучше прекратить, – сказал я. – Тут действительно нужен сапер. Мы с Марфой Алексеевной поедем в Ивановку, а вы отгоните лошадь в сторонку подальше и установите дежурство. Караулов вам кого-нибудь подошлет.

Будущие партизаны с легким сердцем согласились с моим предложением. А я удивился, как мог Караулов прислать сюда людей, не обеспечив их безопасность. Случай с Петром Терещенко, казалось, был наглядным уроком. Видимо, размагнитился Караулов за девятнадцать лет мирной жизни. Ну какое еще объяснение я мог придумать для этой ситуации?

Мы с Марфой и Крутым вернулись к машине. Сомов самым добросовестным образом выполнил мой совет. Машину они с шофером замаскировали, а сами залегли в секрете.

Я рассказал ему о своих впечатлениях. Он вдруг вспыхнул, налился весь багрянцем.

— Вот не ожидал от Ивана Евдокимовича такого ротозейства!

Мы отвезли Крутого в лесничество и вернулись в Ивановку уже в девятом часу.

В кабинете директора совхоза нас с Сомовым ждали Караулов и капитан Копейка. Оба уставшие, какие-то измочаленные. Караулов непривычно бледный, хотя и старался бодриться. Увидел меня, шагнул навстречу: