Книга Мы не можем (не) быть вместе, страница 91 – Сара Ривенс

— Как тогда я буду тебя защищать? – спросил он, подняв руки.

— Не знаю, но тебе туда нельзя, – возразила я категоричным тоном.

— Если меня там не будет, придется просить людей наблюдать за окрестностями.

Желудок сжался, напомнив, в какую передрягу я вляпалась. Мне было трудно совместить светлый образ Бена с образом бандита. Я знала, что Скотты – скрытная семейка. Их имена были известны, а вот лица не очень.

Когда-то мы изучали известных преступников Лос-Анджелеса на уроках истории. Одна из учениц посвятила проект крупным мафиозным семьям. Эш и Бен высмеивали ее презентацию, потому что сочли информацию недостоверной. Теперь понятно, почему они были так уверены. Они варились в этом мире, а Эш стал главой династии. Вот же блин.

И вот я вошла в бандитскую историю, слишком опасную для меня. Все для того, чтобы отыскать Бена Дженкинса. Я, Изабелла Грейс, дочь бизнесмена Томаса Грейса, только что отважилась шагнуть в преступный мир.

— Принято, – согласилась я, поморщившись. – Но объясни, от чего меня нужно защищать.

Закрыв глаза, он вздохнул, достал из пачки сигарету и закурил.

— Не от чего, а от кого…

Сердце учащенно забилось в груди.

— Тебя защищают от жадного до власти выродка, человека, который хочет убить каждого из нас и сделает все, чтобы получить желаемое.

— Чего же он хочет?

— Трон Скоттов. Он мечтает занять место Эша. Белла, меньше знаешь – крепче спишь…

— Если я в опасности, то хочу знать почему.

Бен нахмурился. Он хотел избежать этой темы, чтобы «защитить» меня, но, если я не буду ничего знать, опасность меньше не станет.

— Этот тип уже убил одного из членов нашей семьи.

Я с трудом сглотнула. Ничего себе… Я слышала о таком и раньше, но только в фильмах или сериалах вроде «Острых козырьков». Я не осознавала степени опасности. Я все еще жила своей жизнью, где все было тихо-мирно.

А Бен каждый день рисковал умереть. Смогу ли и я жить так же, как он?

— У тебя лицо изменилось…

В ответ я подняла на него глаза. Я пыталась спрятать страх перед ситуацией, в которую попала.

— Они правы, – сказал он, вздохнув. – Мы полные противоположности.

Я насупилась. Он только что задел меня. Он не имел права говорить мне такое.

— Но так думают они, а не я, – продолжил Бен, затягиваясь еще раз.

Я обожаю тебя… Хотя ладно. Я обожаю тебя, пусть ты и придурок.

Я почувствовала, как румянец заливает мои щеки, и не смогла спрятать улыбку. Он заметил это, и его губы тоже изогнулись. Ничего не изменилось, хотя прошло больше четырех лет. Словно произведение искусства, затонувшее в океане, которое через много лет нашли в первоначальном виде. Это Бенджамин и Изабелла, это Бен и Белла, это мы.

— Но я вот чего еще не понимаю, – сказала я. – Кто этот тип? И почему он хочет присвоить себе то, что принадлежит вашей семье?

— Потому что он единоутробный брат Эша.

Мои глаза расширились. У Эша есть единоутробный брат! Я знала, что у него есть сестра, но единоутробный брат?

— Мать Эша уже была замужем за моим дядей, когда забеременела от парня, с которым у нее был роман, – принялся рассказывать Бен. – Чтобы скрыть это, она решила выдать младенца за ребенка мужа.

Я молча слушала историю единоутробный брата Эша.

— Лет через шесть дядя Роб выяснил, что это не его ребенок. Он чуть с катушек не съехал, – сказал Бен, закатив глаза. – Потом появился Эш, его родной сын.