Книга Невольница. Книга 1, страница 37 – Сара Ривенс

Только в ванной я немного оклемалась. В зеркало было страшно смотреть: запавшие глаза с темными кругами, пересохшая кожа. Я порылась в большой косметичке, оставленной Элли, в поисках чего-нибудь, способного вернуть мне человеческий облик.

Треволнения требуют расслабления. Я умирала от голода. Спускаясь по лестнице, я всматривалась в каждый закоулок первого этажа: холл был пуст, как и кухня. Что до гостиной, там было тихо, как в морге. Ни следа психопата.

В приступе подозрительности я на цыпочках продолжила свои изыскания. Заметила недопитую чашку кофе на столике, рядом — стакан из-под виски. Пустой.

— Оказывается, ты и сам умеешь о себе позаботиться, козел, — пробормотала я, с удовлетворением вспомнив, что не стала утром готовить ему кофе.

Желудок взывал о пище, я ничего не ела со вчерашнего ужина у Элли. В холодильнике ничего особенного не было, хотя… там просто ничего не было. Как и в шкафах.

— Глазам не верю…

Я снова открыла холодильник, надеясь найти что-нибудь съестное, но, кроме бутылки пива и кетчупа, ничего не осталось. Ну и его проклятый кофе.

Дверь открылась, впустив психопата.

— Тут нет никакой еды, — сообщила я, скрестив руки.

— А мне-то что? Хочешь поесть — встань вовремя. Проспала — сиди голодная. Но раз уж ты здесь, приготовь кофе.

— Ты решил уморить меня голодом?! — воскликнула я.

— Кончай ломать трагедию. Увы, ты можешь прожить без еды тридцать дней. Займись кофе, если не хочешь, чтобы твои тридцать дней выживания превратились в тридцать секунд.

С этими словами он ушел наверх. Продолжая возмущаться, я подошла к кофемашине и заметила, что в ней нет капсул. Полезла в ящик за новой коробкой.

Вдруг мне в голову пришла мысль. Проспала — сиди голодная? Нет жратвы — нет и кофе.

— Если я не ем, то ты не получаешь свой сраный кофе, козел, — пробормотала я.

Я пересыпала капсулы из коробки в карман своей толстовки. Затем рухнула на огромный диван и включила телевизор.

Через несколько минут я почувствовала, как он сел рядом.

— А ты послушная, — засмеялся он, взяв чашку с журнального столика и поднеся ее к губам.

И, скривившись, немедленно поставил обратно. Я не сдержала насмешливого фырканья, заметив его офигевший взгляд, — он отхлебнул кофе, который не допил с утра.

— Мне насрать, что ты подыхаешь с голоду, где мой кофе?

— В супермаркете! Там же, где еда, которой нет в доме.

Он изогнул бровь и отправился на кухню. Прошипел: «Что за херня». С довольной улыбкой я вернулась на исходную позицию перед экраном и стала ждать, когда он скажет, что едет в магазин.

— Одевайся, мы едем.

Ноги сами понесли меня в спальню. Быстро одевшись, я спустилась и стала его ждать. Он натянул свою вечную кожаную куртку, и мы направились к гаражу, где он сел в машину, куда более простую, чем вчерашняя.

Мы выехали на трассу в полном молчании. Ни ему, ни мне не хотелось разговаривать, и слава богу.

Сквозь затемненные стекла я жадно разглядывала оживленный центр города: вот вход в парк, вот кафе на углу, вот молодая пара, ребенок, пожилая дама с собаками, стайка девушек, выходящих из торгового центра с полными руками покупок. Люди жили. Я так давно не видела всего этого. На глаза набежали слезы. Я столько лет не была в таких оживленных местах. И завидовала всем, и людям, и собакам.