Книга Невольница. Книга 1, страница 174 – Сара Ривенс

— Ни один Скотт не бросит свою семью, а ты теперь ее часть, — сказал Бен и улыбнулся. Я улыбнулась в ответ. Никогда еще я не чувствовала, что меня так любят.

Показалось жилище психопата. Мы от всего сердца надеялись, что он бродит по коридорам своего ледяного дома. Но свет не горел, и наши надежды испарились. Эшера не было.

— Я посплю в комнате Эшера. Можешь быть спокойна, я слежу за всем, — ободрил меня Бен.

Я улыбнулась.

— Не думаю, что засну, — тихо призналась я.

Я недавно заметила, что когда мне тревожно или страшно, снятся кошмары. А их уже давно не было, последний случился в Лондоне.

С Лисом.

Тогда я побоялась делить постель с мужчиной. С Эшером. Лис возвращался, едва кто-то из тех мужчин причинял мне новые страдания — мужчин, которые сами становились частью новых кошмаров. Лис первым оставил на мне отметины, он был источником моего страха перед мужчинами. А вот Эшер действовал на меня как лекарство. Лекарство, на которое я боялась подсесть.

У всех лекарств есть побочные эффекты, и я опасалась этих эффектов от него.

— Надеюсь, он вернется целым и невредимым, потому что Коул нас покусает, — засмеялся Бен, бросив взгляд на мой гипс. — Кстати, думаю, он собирается снять с тебя эту штуку.

Он был прав. Через неделю я сменю гипс на бандаж. Мне уже не терпелось.

Я поднялась к себе и с большим трудом, как и все последние дни, переоделась.

— Ну, Тат, будем ждать твоего лучшего друга, — насмешливо сказала я псу.

Села на кровать, закинув ногу за ногу. Тат взобрался ко мне, и я молча его погладила.

Бен постучал, и я пригласила его войти. Он открыл дверь с сигаретой в зубах и улыбнулся.

— Есть новости? — спросил он, усаживаясь на пол.

Собака спрыгнула с кровати и двинулась к нему.

— Никаких. А у тебя?

Он кивнул. Тат положил морду ему на бедро. Нахмурившись, я ждала продолжения. Неужели и правда есть новости?

— Думаю, он приходил сюда, — объявил Бен. — Он забрал свои дневники.

— Что? — не поняла я. — Какие дневники?

— Эш не открывается людям, он предпочитает деревья. Ну то есть бумагу.

Раньше я никогда не видела Эшера с дневником. По правде говоря, я бы никогда не поверила, что Эшер может вести личный дневник. Для него это слишком банально.

— Но он оставил здесь свои часы. Значит, он не хочет, чтобы его нашли.

— А что такого особенного в этих часах?

— Это часы дяди Роба. Рик на всякий случай вставил в них чип GPS. В свое время Эш имел привычку уезжать, никому не сказав, и возвращаться только через пару недель.

Бен наверняка говорил о периоде после кончины его отца, когда Изобел подстроила ему смертельную ловушку.

— Мне тогда казалось, что он мертвее дяди Роба, — признался Бен с неловкой улыбкой. — Он исчезал всякий раз, когда ситуация начинала его душить.

— Но сейчас его ничего не душило, — прошептала я, хмурясь.

— Я тоже так думал, но иногда… он что-то подозревает, но ничего не говорит. И меня уже достала манера вот так смываться и в одиночку решать проблемы.

Его тон изменился. Словно Бен злился, что тот уехал.

— Он хочет защитить вас, не причиняя беспокойства, — мягко попыталась я защитить Эшера.

— Но мы тоже хотим его защитить, понимаешь? Мы группа, и его жизнь ценнее прочих.

— Но для него ценнее вы, — закончила я.

Он молча уставил на меня свои черные глаза, потом его губы растянулись в улыбке. У него была почти такая же улыбка, как у кузена.