Книга Невольница. Книга 1, страница 167 – Сара Ривенс

Он замолчал, увидев неподвижное тело беглянки.

— Считайте, что я ничего не говорил. Это ты, Скотт, стрелял?

— А кто ж еще? — вспылил психопат.

— Ты не устаешь меня поражать. Идеальный выстрел, — отпустил ему комплимент медик, рассматривая пулевое отверстие точно между бровей.

Эшер достал из пачки сигарету и прикурил.

Затем молча устремил взгляд на меня. Он долго смотрел мне в лицо, которое явно хранило следы потрясения. Меня до сих пор мутило от увиденного.

Но две фразы крутились в голове, как заевшая пластинка.

«Потому что он хочет ее, как и всю империю».

«Она моя и только моя».

Кто такой этот пресловутый «он»? Я не принадлежала никому другому, кроме Эшера, по крайней мере, так значилось в бумагах, которые я подписала, устраиваясь невольницей.

Но, судя по интонации, Эшер имел в виду другой смысл слова «принадлежать» — скорее «обладать». Ярость в его глазах была почти осязаемой, но я не понимала, почему старуха хотела напасть на меня.

— Он думает, что нашел твое слабое место, — заявил Бен, глядя, как его кузен направился прочь из комнаты.

Тот приостановился, не оборачиваясь, но не сказал ни слова и вышел.

Нахмурившись, Бен перевел глаза на меня.

— Сначала казалось, что это чистый бред. Но если кто-то желает тебе зла, то вряд ли на пустом месте, ненаглядная.

Неужели Бен намекает на то, что я и есть слабое место Эшера? Психопат вернулся со стаканом в руке и холодно возразил кузену:

— Нет, Бен, он думает, что она моя тайная подружка или хер знает что еще в таком духе. Что совсем не так. Просто он хочет забрать все, что я имею.

Бен на секунду задумался и добавил:

— Он же хотел убить тебя, послав наемников…

— Но раз уж ничего не получилось, он решил проникнуть ко мне в дом, — объяснил Эшер. — Поскольку Элла скрыла свою личность от Изобел, он думает, что она моя подружка. И если он ее похитит, то я за ней приду.

— В точности как он это проделал с дядей Робом. Не так уж он хитер, старший братец. Следует довести до его сведения, что нет смысла так рваться в очередь за наследством. Ему не светит.

Они говорили о сводном брате Эшера. Тот явился закончить начатое.

Эшер послал кузену убийственный взгляд, прикуривая вторую сигарету. Бен вздохнул, когда психопат холодным тоном объявил:

— Единственное наследство, которое ему светит и будет светить всю жизнь, — это череда его собственных провалов.

— Знаешь, в чем разница между непонятым гением и тобой?

— Мечтаю узнать, — недовольно бросил Эшер.

— Гений слишком умный. А ты слишком тупой.

Мы валялись на диване, наши макушки соприкасались. Он курил, глядя в потолок, а я от скуки отпускала шпильки в его адрес. Вот уже некоторое время все было спокойно. Старуха умерла четыре дня назад. Но эта история не шла из головы: Бен говорил о провале старшего братца, который хотел заполучить и меня, и сеть.

Кроме того, Бен, ослушавшись приказов Эшера, подверг опасности не только мою жизнь. Сеть тоже оказалась под ударом. И источником этой угрозы был не кто иной, как сводный брат Эшера, вернувшийся в их жизнь. Хотя в глубине души я знала, что он никогда из нее не уходил.

В конце концов, не обязательно умирать, чтобы будоражить мысли окружающих.

— Есть новости от Элли? — спросила я, переворачиваясь на живот и глядя, как Эшер тыкает в телефон.