Книга Спаси меня, если сможешь, страница 39 – Сара Ривенс

Кулон я так и не сняла. Не смогла. Это был единственный подарок, который отец сделал мне за двадцать два года. Когда никто не мог меня утешить, я касалась его и становилось легче. Втайне я надеялась, что мама просто купила такой же кулон, желая доказать мне, что в нем нет ничего особенного.

Это было вполне в ее духе – она бы сделала что угодно, лишь бы стереть мои хорошие воспоминания о папе. Но мама никогда не поймет ту пустоту, которая расползалась внутри меня. Ведь сама она выросла, окруженная любовью обоих родителей. Мой же отец не вернулся, даже когда я его умоляла. Из-за него я никогда не чувствовала себя в безопасности.

К горлу подкатил ком, и я подняла голову, чтобы посмотреть на звезды. Мои губы тронула улыбка: я вспомнила тот день рождения, когда впервые лежала вечером на крыше. Мне исполнилось тринадцать, и рядом со мной была только плюшевая игрушка.

«Смотри, вон Большая Медведица, – сказала я, показывая игрушке на звезды. – Это мне папа рассказал».

Конечно, это была ложь. Я просто увидела передачу по телевизору. Но мне так хотелось произнести эти слова, пусть даже фальшивые. Хотелось сказать вслух, что папа меня хоть чему-то научил.

В детстве мне почти не доставалось любви, поэтому я цеплялась за каждого, кто был готов дать ее хоть немного. Я прекрасно знала эту свою склонность и поэтому не подпускала к себе никого слишком близко. Потому что мое сердце кричало от голода, а в таком состоянии оно не раздумывало.

Я не доверяла никому, кроме Рокс, Коди и Теи. Я не доверяла собственным родителям. Каждый из них думал прежде всего о себе и своей новой семье. А кто думал обо мне? Кто был моей семьей? Кто хотел мне добра? Любил меня? Защищал?

Почему меня так сложно полюбить? Я не хотела ничего невозможного.

Мне просто нужна была их любовь. И только она.

— Сейчас вернусь.

Я поняла, что вот-вот расплачусь, а реветь при всяких придурках не вариант. Нужно было уединиться.

— Далеко не уходи! – крикнула мне Рокс, пока ноги несли меня подальше от костра.

Стиснув кулон, я почувствовала, как слезы медленно стекают по щекам, как и всякий раз, когда я вспоминала детство. Как всякий раз, когда я понимала, что мои родители изменились к лучшему – но не для меня. Может, потому что я этого не заслужила.

Но в глубине души сильнее всего меня мучило другое – я никогда не смогу от них отречься. Да, я их ненавидела, но стоило маме улыбнуться или отцу вспомнить о моем существовании, как я забывала все.

Я хотела злиться на них. Хотела показать им, что они меня сломали. Но… моя боль ничего для них не значила. У них новые семьи, я в эти семьи не вхожу, а значит, надо радоваться, что мама хоть немного мной интересуется.

Чем глубже я уходила в лес, тем тише становились вопли студентов, но этого было мало. Хотелось вообще ничего не слышать. Я решила пойти к озеру, но леса Юинга слишком темные. Хорошо хоть луна освещала тропинку, потому что я не имела ни малейшего понятия, куда ступаю.

Через несколько минут шум воды усилился, и мне стало спокойнее. Вот оно, счастье.

— Ты реально хочешь сделать это прямо сейчас? – донесся голос издалека. – В тридцати метрах толпа народу!

— Джейкоб, они слишком бухие, чтобы сюда сунуться. Лучше сбросим его сейчас.

Затаив дыхание, я бесшумно шагнула вперед. Я узнала голос Джейкоба. Присев за кустами, я пригляделась. Это действительно был он, а с ним его дружок-коп. Они стояли у тропинки возле самого озера и что-то разглядывали в открытом багажнике машины. Джейкоб поморщился.