Книга Спаси меня, если сможешь, страница 112 – Сара Ривенс

Джейкоб наклонился и достал что-то из-под раковины.

— Это тебе для укладки.

Утюжок для волос.

— Или лучше фен? – усомнился он. – Если что, у меня…

— Нет, все отлично, спасибо.

Он улыбнулся мне и вышел из ванной. Я открыла косметичку, и меня накрыла волна воспоминаний о Рокс: наши веселые вечера, долгие часы за учебниками, ее уроки макияжа по «Фейстайму»… Обычно я почти не красилась – мама косметику не одобряла, считала перебором, чем-то неестественным. Но Рокс меня этому научила.

Глаза защипало от слез. Я ужасно скучала по ней: по ее жизнелюбию, по ощущению безопасности и заботы. Она была для меня старшей сестрой, о которой я всегда мечтала, одним из самых важных людей в моей жизни. Она ухитрялась дать мне почувствовать, что я много для нее значу, что я нужна ей. Иногда она перегибала с опекой и даже меня отчитывала. Иногда она была чрезмерно строгой, даже ругала меня, но я знала – это было от любви, от желания защитить.

Как настоящая мама.

У меня вырвался смешок. Если бы Рокс узнала, что я применяю все ее советы, готовясь идти на гангстерскую вечеринку, она бы упала в обморок.

— Я так скучаю, Райдер, – прошептала я, взяв консилер. – Скорее бы тебя увидеть.

Я накрасила глаза в спокойных тонах, темные цвета растушевала, затем нанесла на губы бордовую помаду в цвет платья, которое собиралась надеть. В голове звучали наставления подруги: тут не переборщи, а тут добавь чуть-чуть.

— Ты бы гордилась мною, Рокс, – сказала я своему отражению.

Мне и правда нравилось, как я выгляжу.

Я слегка завила кончики волос, потом надела платье. Увидев декольте и разрез по бедру, я попыталась прикрыть волосами обнаженную кожу, одернула подол, как будто это могло что-то изменить. Смирившись, положила руку на живот. Напряжение не исчезло.

Глубокий вдох.

Ты слишком ярко накрасилась.

У тебя волосы на руках.

Это платье тебе не идет.

— Ну и плевать, – пробормотала я, закрывая глаза и отгоняя поток мерзких мыслей.

Я вышла из ванной, стуча каблуками по полу. Джейкоба и Вернона не было видно, дверь Кая оставалась закрытой. Они что, все ушли?

Низкий голос Кая разорвал тишину, и я вздрогнула.

— Вернон!

Я зашла к себе и открыла шкаф, чтобы достать теплую куртку – на улице явно холодно. Голос Кая прозвучал снова, и опять без ответа:

— Вернон!

Я почти решила выйти и сказать, что Вернона нет, но нетерпеливый Кай меня опередил. Дверь его комнаты распахнулась, и он направился ко мне. Дыхание перехватило, когда он появился на пороге.

Да чтоб тебя.

— Мне нужно, чтобы ты завязал мне галс…

На нем были черный костюм и темная рубашка. Закатанные рукава открывали его татуировки. Воротник был застегнут, на шее болтался развязанный галстук. Мы посмотрели друг на друга. Он ощупал глазами каждый сантиметр моего тела, и в его взгляде не было ни тени невинности. Впрочем, я сделала то же самое.

Я прокашлялась, чувствуя, как учащается пульс.

— Вернона нет. Хочешь, я сама завяжу тебе галстук?

Кай снова посмотрел мне в лицо, и в одно мгновение его голубые глаза стали совершенно пустыми. Он стянул галстук и небрежно отбросил:

— На хрен мне сдалось это говно.

Он расстегнул несколько пуговиц, обнажая верхнюю часть груди, покрытую татуировками. И тут я впервые заметила татуировку змеи, обвивающей шею.

Развернувшись, Кай покинул комнату так же внезапно, как появился.