Онлайн книга «Дефект всемогущества»
|
Когда вдруг выдался недельный отпуск, Галя твёрдо решила хотя бы на денёк заскочить в Заберезье. — Дядь Жень, я на днях к вам заеду! Голос Евгения моментально стал жёстче. Предыдущие мягкие интонации будто списали за неблагонадёжность, а вместо них построили колкую неудобную конструкцию, которая скрипела и дребезжала при каждом движении голосовых связок. — Я должен посоветоваться с женой, можем ли мы тебя принять! — С кем? – Галя осеклась от неожиданности. И всё же вопрос её прозвучал с оттенком недоверия, с каким произносят броское: «Врёшь!» Или ещё хлеще: «Брешешь!», или совсем уж неприличный эквивалент… — С Алевтиной, – продребезжала фальшью наспех смонтированная конструкция металлического голоса. Ясности уточнение не добавило, в том смысле, что оставалось загадкой: успел ли Евгений официально расписаться с этой гадиной, или ему всё-таки хватило благоразумия оставить её в ранге… Галя мысленно поискала слово. Любовница – ей не понравилось, но ничего другого в голову не приходило. Вообще ситуация невероятно двусмысленная: бывшая жена соседа вдруг переметнулась к Евгению… Так сказать, от замужества к замужеству через забор перемахнула… Что за страсть её обуяла? Впрочем, Галина привыкла воспринимать людей такими, как есть, со всеми страстями. Лишь бы в данном конкретном случае страсти не привели к несчастью. «Страсти – к несчастью». Гале не понравилась эта неуместная случайная поэзия… Евгений молчал. Он думал. С ним в последнее время творилось нечто странное, непривычное. Мысли в нём были как будто и собственные, и в то же время чужие, незнакомые и ненужные! Евгений уделял каждой пристальное внимание, каким награждают при прополке сорняк, маскирующийся под морковную ботву или петрушку. Евгений временами даже решался сорвать сомнительное растение, размять в пальцах, поднести к носу, попробовать на вкус. Иногда безбоязненно проглатывал, а порой тут же сплёвывал горькую слюну и жёваный лист. Нет, не петрушка, можно смело полоть. Но нередко становилось по-огородничьи страшно: вдруг всё-таки что-то полезное выдернул вместе с сорной травой? Вот так и мысли путаются: свои с Алевтиниными, с Галиными… Галенькины мысли приятнее, они похожи на его собственные, их бы не пропалывать. Мысли Алевтины тяжёлые, сочные, ветвистые, с мясистыми листьями, они словно заполонили всю голову, сквозь них остальные едва пробиваются. Чтобы убрать такую сорную траву из головы, понадобится немало времени. — Да ладно, дядь Жень, – Галя решилась, – она ж не жена вам! И сжалась от ужаса, ожидая ответа. — Пока нет, но всё к тому идёт. Галя выдохнула. Ей показалось, что она ещё может предотвратить катастрофу, о которой твердило ей предчувствие. Голос Евгения вдруг снова стал мягким, будто со склада подвезли что-то, в чём наблюдался временный дефицит, и теперь голос можно снова строить из прежних материалов. — А знаешь что, Галочка, приезжай на все выходные, если свободна! И… Он хотел добавить: «…И Светочку попробуй уговорить приехать». — Что-то нужно привезти? – Галя поняла его «и» по-своему. — Да-да, таблеток от комаров прихвати… пожалуйста. – Евгений добавил это «пожалуйста» несколько отсроченно, потому как вместо него опять готова была вырваться просьба привезти Свету. «Светочка и Галочка так похожи между собой. Возможно, снова удастся сочинить память – исправленную и дополненную… Нет и не было никакой Светы, есть только Галя…» |