Книга Смертельный удар, страница 92 – Сара Парецки

— Вик! Я потрясен. У тебя бессонница, и ты думаешь обо мне, когда лежишь без сна. Я прямо вижу, как газеты пестрят заголовками вроде: «Девочка-детектив не может спать, ибо влюблена».

— А я думала, что объелась луком за обедом. Однако это должно быть то самое, из-за чего я однажды согласилась выйти замуж за Дика. Ты помнишь нашу вчерашнюю легкую беседу?

— Какую еще беседу?! — фыркнул он. — Я рассказал тебе кучу всего о Нэнси Клегхорн, а ты сидела воды в рот набрав.

— Кое-что пришло мне на ум, — прозрачно намекнула я.

— Лучше поясни без намеков, Варшавски.

— Куртис Чигуэлл, — сказала я. — Доктор, который живет в Хинсдейле. Когда-то работал на заводе в Южном Чикаго.

— Так это он убил Нэнси Клегхорн?

— Насколько я знаю, он никогда не встречался с Нэнси Клегхорн.

Я скорее почувствовала, чем услышала, как Мюррей плюнул.

— У меня был ужасный день, Вик. Не заставляй меня играть с тобой в «Двадцать вопросов», не тестируй меня.

Я потянулась за рубашкой, которая валялась рядом с кроватью. Этой ночью я чувствовала себя слишком незащищенной, будучи голышом. Когда я наклонилась, я заметила высвеченные светом ночника клубы пыли в углу спальни. Если я проживу еще неделю, возьмусь за пылесос.

— То, что я могу предложить тебе, — спокойно сказала я, — это двадцать вопросов, на которые нет ответов. Куртис Чигуэлл что-то знает, но не хочет говорить. Двадцать четыре часа назад я не думала, что он имеет какое-то отношение к Нэнси. Но сегодня вечером я получила угрозу по телефону, мне было приказано убраться из Южного Чикаго.

— От Чигуэлла?

Я почти слышала, как пресеклось дыхание Мюррея.

— Нет. Сначала я подумала, что она должна исходить от Юршака или Дрезберга. Но пару часов спустя я услышала кое от кого то же самое, а этот кто-то знает меня только по связям с «Ксерксесом», то есть заводом, на котором работал Чигуэлл.

Я рассказала Мюррею о неувязках в судебном деле Пановски и Ферраро, которые я обнаружила в версиях Манхейма и Гумбольдта.

Я не призналась ему, что слышала всю историю непосредственно из уст самого Гумбольдта.

— Чигуэлл знает, в чем дело и почему. Он просто не хочет говорить. И если мне угрожают люди с «Ксерксеса», он тоже знает почему.

Мюррей предпринял тысячу различных уловок, пытаясь заставить меня рассказать ему больше того, что я сказала. Но я просто не могла выдать Кэролайн и Луизу. Луиза не заслуживала того, чтобы о ее несчастном прошлом трепали языки на улицах Чикаго. Вдобавок я ничего не знала сверх того. Например, возможна ли какая-нибудь связь между фактом смерти Нэнси и именем Джоя Пановски.

Наконец Мюррей сказал:

— Ты не пытаешься помочь мне, а хочешь, чтобы я побегал за тебя. Я все понял. Но история неплохая, и я пошлю кое-кого, чтобы с этим Чигуэллом переговорили.

После того как он повесил трубку, мне удалось немного поспать.

Я проснулась примерно в половине седьмого. За окном стоял очередной февральский день, сильный мороз был бы куда лучше этого нескончаемого тумана и сырости. Я натянула спортивный костюм, сделала разминку и, не испытывая жалости к мистеру Контрерасу, начала стучать в его дверь. Наконец собака залаяла, и он проснулся. Я взяла собаку с собой на озеро. По дороге останавливалась то завязать шнурки, то высморкаться, то бросить псу палку. Таким образом я имела возможность проверить, что там у меня за спиной. Не думая при этом, что там кто-нибудь окажется.