Книга Слепая зона, страница 52 – Сара Парецки

Конечно, Дердри бросала недвусмысленные намеки, что ожидала кого-то, по всей вероятности Фейбиана, а я видела, что Фейбиан быстро вскипает и сгоряча может побить ее.

Я зашнуровала ботинок и спустилась с седьмого этажа в вестибюль. Чтобы вызвать полицейских, мне пришлось воспользоваться телефоном в кафе, чтобы не стереть возможные отпечатки пальцев на своем собственном телефоне.

— Не блестящее исполнение, Вик, – говорил мне Терри Финчли в одной из комнат для допроса 1-го округа.

Мэри Луиз Нили, которая недавно сдала экзамен на детектива, вела протокол допроса. Как всегда, у нее был решительный вид, будто она была на плацу, ее медные волосы были гладко прилизаны, отчего казались нарисованными.

— Я знаю, профессионал никогда не появился бы на месте преступления, и меня терзают угрызения совести. – Ручка Нили без запинки записала мой ответ.

Финчли высокомерно покачал головой.

— Оставьте эти уловки для лейтенанта – он будет рад дать вам поддразнить себя. Ваше здание рушится, почему же такую неопытную женщину, как Мессенджер, вы оставили одну?

Это был уже его третий заход по одному и тому же пути, и я устала от этого.

— Вы утомили меня, детектив. Я заманила Дердри Мессенджер в здание по причинам, которые скрою, чтобы озадачить вас своим покушением, и проломила ей голову.

Финчли не улыбнулся, не нахмурился, не сделал никакого движения, он просто посмотрел на меня так, словно я была подопытным экземпляром – одним из тех, которые он уже видел миллионы раз. Не нарушаемая тишина может быть одним из эффективных полицейских приемов. Вы судорожно начинаете перебирать в уме, что они думают и какие могут представить улики, пока тишина не становится гнетущей и вы не начинаете все выбалтывать. Я откинулась на спинку стула, и у меня в голове зазвучала любимая музыка.

Терри Финчли я знала многие годы, с тех пор, как он впервые пришел в следственную группу Бобби Мэллори, лейтенанта, которому, по словам Терри, нравилось, что я им командую. Мы с Финчли хорошо сработались, однако, когда я стала симпатизировать Конраду, его отношение ко мне резко изменилось.

Терри был ближайшим другом Конрада по работе – они вместе учились в академии, а потом, начав работать, поддерживали друг друга в неудачах, которые неизбежно выпадают на долю новичков. Они были среди первых черных офицеров, принятых в оперативный состав в городе. Финчли убежден, что у меня легкая развлекательная прогулка, и я брошу Конрада, когда доберусь до конца своего путешествия. Это добавляет холодка в улыбку, которую он дарит мне при встрече. Сегодня же Терри вообще не улыбался.

Я не смотрела на Финчли, а сосредоточилась на левой руке офицера Нили, прочно удерживая в голове музыку Пуччини. Я дошла до того трагического места в арии, где Тоска просит Небеса сказать ей, почему ее благочестие так вознаграждено, когда Финчли наконец сам нарушил тишину:

— Я потому так долго вожусь с вами, что при всех ваших недостатках вы все-таки не жестоки. Я стараюсь понять, почему вы оставили там Мессенджер, если не из мстительности?

— Отсюда следует вывод, будто мне было известно, что ей предопределен злой рок, – возразила я. – Я работаю допоздна в этом здании, даже сейчас, когда в «Палтинее» осталось всего пять-шесть арендаторов. Южная часть Луп ночью полна призраков, но это, как ни странно, едва ли не самая безопасная часть города – вам это хорошо известно. У Дердри был серьезный повод остаться в моем офисе, несмотря на то что я уходила домой. Ей трудно было угодить – она могла быть грубой, агрессивной и страшно обиженной в одно и то же время. Прошлым вечером Дердри была в ударе: она играла на этих двух струнах, как Паганини. Во всяком случае, те, кто знает нас обеих, говорят, что она была лучшим, чем я, специалистом по бездомным женщинам. Дердри была уверена, что точно знает, как убедить Теймар Хаукингс принять помощь.