Книга Слепая зона, страница 167 – Сара Парецки

— Уверен, что сможете, мисс Варшавски, но пока вы здесь, я прошу вас доставить нам удовольствие: соблюдайте установленные правила. Это предосторожность, может быть, и излишняя, но у нас были люди, которые думали, что чувствуют себя прекрасно, а потом теряли сознание и даже умирали от кровяных тромбов. Вот почему я так беспокоюсь.

Я постаралась покорно улыбнуться, но у меня не было в этом большого опыта и не знаю, насколько убедительно это получилось. Как только врачи ушли, я набросилась на поднос с едой и проглотила все, включая совершенно черствый сладкий рогалик. Покончив с едой, я вышла в коридор с тайным намерением найти мистера Контрераса. Одна из сиделок на дежурном посту, дожидавшаяся окончания смены, сообщила мне номер его палаты, а также номер палаты Эмили Мессенджер.

Удовольствие моего соседа видеть меня было несколько омрачено смущением: он был в одном больничном халате, к тому же явно ему тесноватом. За те годы, что мы знали друг друга, он ни разу не открыл мне дверь, предварительно не надев пиджак и галстук.

Его обычно хорошее настроение было на этот раз испорчено звонком дочери. Посмотрев новости, сообщившие о нашей героической работе в прошлую ночь, она приехала к нему домой с комплектом одежды и фургоном, чтобы перевезти его и собак на Элк-Гроув-Виллидж.

— Моя единственная надежда, что Митч покусает ее, когда она попытается открыть дверь в квартиру, – сказал мистер Контрерас мрачно. – Хотя затем она усыпит моего лучшего друга.

— Не соглашайтесь. Она не сможет заставить вас.

— Я допустил ошибку, – сокрушался старик, – сказав, что не могу поехать с ней из-за них. Ты приедешь забрать нас, хорошо, дорогая? Хотя, если я не смогу заплатить, сколько требуется, наверное, окончу свои дни там.

— Дождемся четверга, – поспешно пообещала я, совершенно не представляя, что готовил нам завтрашний день. Я утешающе обняла мистера Контрераса и записала адрес его дочери. – А с оплатой мы что-нибудь придумаем.

Я хотела бы чувствовать себя так же оптимистично, как звучали мои слова. Если придется продать свою маленькую квартирку, где я буду жить? Я старалась не думать об этом, пока бродила по больничным коридорам в поисках палаты Эмили. У меня и так было достаточно поводов для беспокойства, чтобы думать еще о финансовых проблемах.

Оказывается, Эмили поместили в детское отделение. Наверное, впервые за многие годы кто-то увидел в ней ребенка. Чтобы попасть туда, я должна была перейти через улицу. Я с сожалением посмотрела на свои больничные шлепанцы и ветхий халат.

— Кто хочет, тот добьется, – сказала я себе и вышла.

Смешавшись с толпой больничных работников, двигавшихся между зданиями огромного больничного комплекса «Нортвестерн», я благополучно добралась до педиатрического отделения.

Подойдя к палате Эмили, я услышала перебранку. Высокий бородатый мужчина спорил с сиделкой. Увидев меня он воскликнул:

— Варшавски! Какое везение! Объясни этой женщине, почему мне необходимо поговорить с Эмили Мессенджер.

— Тебе не повезло, Райерсон. Поищи другого ходатая! Признаться, не ожидала увидеть тебя здесь.

— Ты можешь помочь мне, Варшавски, – сказал Мюррей. – Эта девочка – ключ к тайне убийства Дердри Мессенджер.

— Ты наглец, каких мало, – сказала я. – Мой голос прозвучал игриво, но взглядом можно было заряжать револьвер. – В воскресенье ты обманул Конрада, а теперь думаешь, я позволю тебе мучить ребенка, который вернулся из преисподней? Ни за что! И если, – я взглянула на значок сиделки, – если мисс Хиггинс не вызовет больничную охрану, чтобы вышвырнуть тебя за дверь, я вызову городскую. Конрад будет рад извиниться за то, что задержал тебя на несколько часов.