Книга Браконьерщина, страница 106 – Игорь Кожухов

— Ты, главное, не спеши, Веня, что бы ни выяснилось сейчас там. Это же не твоё изначально было, а может и Рита надумала? После сам смеяться будешь над собой, когда время пройдёт. Теперь не наделай беды себе, ей и, возможно, нам.

Он улыбнулся, пожал руку и побежал на их с Макаром базу за своей надёжной шпонкой. За столом шумно гудели, и теперь нужно было думать, как дольше задержать Костю и этого, ставшего неожиданно несимпатичным, мужика, ничего плохого мне, ни вообще нам, не сделавшего.

Но, оказывается, ничего придумывать не нужно, всё придумано до нас. Это парадокс, но стоит нескольким малознакомым мужикам собраться в одном месте с алкоголем, между ними обязательно возникает напряжение. В «процессе» напряжение может неожиданной молнией превратиться в спор по любому, самому копеечному, пустяковому поводу, а если этот повод не заземлить, контролируя, – в драку, со всеми вытекающими из этого, часто страшными, последствиями. Это напряжение уже летало над столом, и мне, по просьбе деда сегодня не пьющему, было видно, даже чувственно. Видел это и сам дед, через стол показавший мне рогаткой из пальцев в глаза.

— Смотри!

А смотреть было на что.

Сначала решили мериться ручной силой, увидев лежавшую без дела двухпудовую облезлую гирю. Гирю эту я нашёл у Татарина, она исполняла обязанности груза при засолке рыбы, и решив, что она нужна мне «качать мышцы», обменял на три тракторных лаптя от гусеницы. Желания заниматься гиревым спортом хватило, чтобы дотащить эту тяжеленную «ляльку» до стоянки, где она, брошенная, уже наполовину вросла в землю. Тут её сейчас заметил полупьяным глазом Валерка и громко произнёс магическую фразу: «А спорим?»

Слова эти вообще, а сегодня и подавно, исполнили роль красной тряпки для быка, и уже через минуту полуголые торсы окружили место турнира.

Валерка занимался гиревым спортом в армии, но с того момента прошло уже много лет, и рука могла забыть… Понимая это, он хотел схитрить, предлагая первыми показать силу всем, кто хочет. Предполагая, что в любом случае отожмёт на раз больше лучшего результата. Однако это понимали многие, и железный турнир, не начавшись, едва не закончился дракой.

Спас ситуацию Ваня, предложив метнуть жребий, что сам и сделал, сломав семь спичек по числу участников, на разную длину. Валерке выпало третьим, Брату Витьке четвёртым, Косте пятым, а его другу седьмым. Я, помня, как болела рука, когда несколько раз жиманул гирю перед тем как бросить её до сегодня, от турнира отказался.

Первым вышел Пасечник и, подняв спортивный снаряд на плечо, покраснел, дав сразу понять, что ему тяжело. Не сдаваясь и вибрируя всем телом, он в приседе выжал раз, потом, хукнув с шагом вперёд – ещё раз и, уже не задерживая, бросил груз на землю.

Олежка Долев, высокий и худой, как хлыст, не выжав ни разу, оправдался: «Я на пудовой вырос, так взялся, попробовать…»

Валерка заметно волновался, делая разминку перед своей попыткой и дав понять, что шутить не намерен, отжал вес двадцать пять раз. Народ ухнул вместе с падающей гирей и с удивлением захлопал.

Брат Витька был здоров от природы, но, не доверяя только ей, периодически занимался собой. По крайней мере у них на стоянке между соснами был приделан турник и даже висела драная, похожая на колбасу, боксёрская груша. К тому же, один из немногих, он умудрялся успевать загорать, хотя в принципе для всех нас это проще простого: работай целый день раздетым – загар гарантирован. Только по каким-то причинам никто этого не делал, а вот он…