Книга Два тревожных дня майора Ковалева, страница 38 – Василий Моисеев

Ковалев подмигнул молчавшему Быкову:

— Какое совпадение, а? Неслучайно это. Не знаю, как вы, братцы-кролики, а я чую след.

Вадим выудил из кармана сторублевку, протянул Шмелеву. Тот щедрый жест оценил правильно и сразу воспротивился. Точнее, пожаловался.

— Опять я, Вадим Михалыч, – и по-детски зашмыгал носом, – почему не Быков?

— Деньгами не сори, – предостерег майор Шмелева, словно вручил помощнику не сто рублей, а сто тысяч, – от «козлика» своего отрываю, ему на бензин дадены. Купи яблок, апельсинов, водички какой-нибудь.

— Водочки, может? – прищурился Шмелев, окончательно смирившийся с ролью больничного посетителя, – мигом на ноги встанет.

Шутка, как ни странно, пришлась майору по душе. По крайней мере, не рассердила. Однако включить мощное стимулирующее средство в перечень покупки все же не разрешил.

— В другой раз, – решил Вадим, – может, он трезвенник. Все, приехали, вылезай. Удостоверением там не размахивай, больных людей не пугай. Незачем им знать, что ты из милиции. Сосед, мол. Или просто знакомый.

— Сам поменьше болтай, а побольше слушай, – не сдержался от подсказки Быков, когда Шмелев уже открывал дверцу машины, – может, за умного сойдешь.

Шмелев скривился в усмешке. Другу ничего не сказал, а вот начальнику поведал:

— Вадим Михалыч, а Быков про ваш «козлик» всем говорит, что это не машина, а сарай с железной крышей.

И захлопнул дверцу, лишая Николая возможности для достойного ответа. Последнее слово осталось за ним. С этим победоносным чувством Шмелев пошагал к ближайшему магазину, прикидывая в уме примерный продуктовый набор на командирскую сотню. И даже не взглянул на «уазик», увозивший распираемого от торжества Быкова на место преступления. Тоже мне, Шерлок Холмс надутый.

* * *

На месте преступления Ковалев и Быков оказались далеко не в числе первых, к моменту их приезда неподалеку от троллейбусной остановки было уже достаточно многолюдно. В окружении нескольких милиционеров, образовавших оцепление вокруг красных «жигулей», крутились люди в штатском, среди которых Вадим сразу заприметил невысокую фигуру следователя УВД по особо важным делам Дениса Прошина. За этим Прошиным не угонишься, везде и всюду успевает первым. Нюх у него такой на преступления, особенный. Кажется, ему и сообщать о происшествиях не надо, сам обо всем первым узнает и первым примчится.

Денис тоже не оставил без внимания остановившийся неподалеку подъехавший уазик и, предупреждая намерение милиционера не пропустить двоих незнакомых штатских к «жигулям», распорядился:

— Свои, сержант. Пусть проходят.

Похоже, он был здесь за старшего.

Поздоровавшись, Денис кивнул головой в сторону машины, и отрешенно заметил:

— Видали, что творится? Два трупа… Почти в центре города, средь бела дня, на глазах десятков людей… И так все просто, как железный гвоздь. Убийца подошел к машине, сделал два выстрела и спокойно ушел. Как прикурить попросил. Во, братцы-кролики, до чего дожили.

Ковалев и Быков завороженно уставились на красные «жигули», в салоне которых находились упомянутые Денисом два трупа. Через приоткрытое стекло вглубь салона пялился, стараясь что-то рассмотреть, милиционер с капитанскими погонами. Открыть дверцу машины капитан не решался.

— Участковый, – пояснил Денис, увлекая новоявленных помощников к машине и норовя без промедления подключить их к осмотру, – пошли ближе. На свежий глаз, может, что-нибудь заметите.