Книга Инициация, страница 67 – Оратор

— Я мазь принесла. Она хорошая, быстро поставит тебя на ноги, — смущенно произнесла девушка, оставшись наедине с Боеславом.

— А… спасибо. Можешь оставить её здесь, — отозвался парень, пытаясь сидеть ровно.

— Может, тебе помочь? — спросила девушка, видя, что он не может даже снять нижнюю рубаху: та прилипла прямо к израненной спине запекшейся кровью.

— Если не трудно.

— Ляг на живот.

— Как прикажете, принцесса, — отозвался Боеслав, аккуратно развернувшись на настиле. Увидев рану вблизи, Алсу нахмурилась: — И ты с этим ещё шутишь? У тебя же на спине живого места нет!

— Участь воина, — пожал плечами парень, но тут же едва не скрутился от вызванной этим простым движением боли.

— Почему ты полез за мной? — тихо спросила она, аккуратно разрезая прилипшую ткань ножом. Снять её иначе было невозможно. — Ещё и спину под удар подставил.

— Потому что знал: Святополк бросит копьё. — А он сказал, что бросил копьё, потому что знал, что ты бросишься за мной. Так почему? — спросила девушка, отставляя нож и бережно промывая раны водой из кувшина. — Да Первопредки его знают… Понял, что тварь опасная, вот на автомате и побежал. Наверное, поэтому и успел — мой жребец никогда до этого так быстро не носился. Ну и к тому же… — Боеслав усмехнулся, уткнувшись лицом в локоть. — Ты красивая. Хоть и упрямая, как степная лошадь. И ножек таких я ни у кого не видел.

— Ты действительно смелый, — произнесла Алсу, начав осторожно наносить мазь. Боеслав стоически сдерживал себя, до крови прикусывая палец на руке показаться размазнёй ему меньше всего хотелось.

— И чем тебе так ноги понравились? — смущённо спросила девушка через паузу.

— Длинные и крепкие. В Хорезме таких не делают.

— Ты просто мало времени провёл в Степи.

— Достаточно, чтобы понять: у тебя самые красивые, — отрезал парень.

— И что, ты правда готов на мне жениться? Спросила она, закончив обрабатывать последний обожженный участок.

— Я дал слово старейшине. Да и вообще… ты вполне себе ничего, — ответил он с улыбкой, но в следующую секунду почувствовал, как девушка сжимает пальцы на его плече.

— Ничего? Вот так, значит? Ответила она с наигранной угрозой. Если будешь шляться по бабам в эти два года лично убью.

— Любимая, спешу тебя разочаровать: бабы у меня в очереди идут аккурат после тварей-медведей, оленей, волков, рысей и бегемотов.

— Ты видел тварь-бегемота?

— Нет. Но вдруг встречу? — едва не рассмеявшись, отозвался парень.

— Слава, я серьёзно, — тихо ответила она, закончив со спиной и присев рядом с ним. Их взгляды встретились.

— Да ладно, ладно, не буду, — смягчился он. Разве что… может, напоследок?

— Ты так сильно хочешь умереть молодым? — А знаешь, я тут подумал… ну его в баню, примирительно выдохнул парень. — А если серьёзно: когда поженимся, жить будем у меня.

— Может, ты в Степь переедешь?

— Не-не, что-то пока я в вашей Степи только по спине огребаю.

— И что, вообще ничего хорошего не было? — спросила она игриво.

— Было, произнёс он и абсолютно невозмутимо положил руку ей на ягодицу.

— Тебе ведь сейчас больше больно, чем приятно. Упрямый, как осёл, покачала головой девушка, но без злости.

— Я потерплю, — придурковато улыбнулся Боеслав.

— Терпение хорошее качество для воина, парировала Алсу и нежно, но твердо убрала его руку. — Теперь тебе предстоит терпеть два года. С этими словами она поднялась и вышла из палатки. «Вот те на… — подумал Боеслав, утыкаясь носом в локоть. — Отцу расскажу — ржать будет, как конь».