Книга Крушение Турмфальке, страница 86 – Сергей Трифонов

— Я вижу на вашем рукаве наградной шеврон «За Демянск». Значит, мы с вами были где-то рядом. Я ведь тоже в сорок втором принимал участие в попытке ликвидации Демянского котла. Но вы дрались отчаянно.

Приём удался. Допрашиваемый увидел в советском майоре не тыловую полицейскую крысу, а боевого офицера, как и он, хлебнувшего кровавого варева из страшного котла в новгородских лесах и болотах. Менгесхаузен плотнее придвинулся к столу, положил на него свои ручища, похожие на кувалды, и всем видом показывал готовность работать с этим симпатичным и мужественным офицером.

— Благодарю вас, господин майор, за высокую оценку. Из моего батальона дивизии «Мёртвая голова» после выхода из котла в живых осталось двадцать три человека. Вы тогда нам здорово дали прикурить.

— Скажите, а почему вы, сотрудник личной охраны Гитлера, оказались в сводном батальоне СС, входившем в группу войск Монке, и защищали имперскую канцелярию снаружи?

— Дело в том, господин майор, что у Монке крайне не хватало людей. Поэтому группенфюрер Раттенхубер, наш шеф, десятого апреля сформировал из части охраны взвод и направил его в распоряжение Монке. Но тридцатого числа он отозвал наш взвод в составе одиннадцати оставшихся в живых. Я командовал отделением, из которого в живых я один и остался. Нас хорошо накормили и дали пару часов поспать. А потом расставили на внутренние посты в новом здании рейхсканцелярии.

— Где вы дежурили тридцатого апреля?

— В коридоре фюрербункера. Между апартаментов фюрера и «Голубой» столовой. Когда я подошёл к крайнему окну столовой, моё внимание привлекла какая-то возня в саду рейхсканцелярии. Я стал внимательно наблюдать. Я хорошо видел, как из запасного выхода фюрербункера два солдата и штурмбаннфюреры Линге и Гюнше вынесли тела фюрера и фрау Браун, завёрнутые в одеяла. Тела положили в неглубокую воронку примерно в метре от входной двери. Затем их облили бензином и подожгли.

— Как же вы могли узнать, чьи это были трупы, если те были завёрнуты в одеяла? Вы ничего не путаете?

— Так ведь трупы были плохо завёрнуты. Видимо, господа штурмбаннфюреры очень торопились. Я прекрасно рассмотрел лица фюрера и его жены. Более того, когда их положили в воронку, одеяла распахнули, облили трупы бензином, вновь завернули и опять облили бензином. Я смог убедиться, что это были точно фюрер со своей женой.

— Что было дальше? Вы до конца наблюдали процедуру сожжения?

— Так точно, господин майор. Всё это продолжалось с полчаса. Трупы плохо горели. Я это хорошо видел. Потом начался сильнейший артиллерийский и миномётный обстрел. В саду все буквально закипело от взрывов. Гюнше, Линге и солдаты скрылись в фюрербункере. Думаю, трупы до конца не сгорели. Да, кстати, если вам это будет интересно, в той же воронке за день до этого закопали отравленную ядом овчарку фюрера. Мне рассказал ефрейтор Пауль Фени, лично ухаживавший за овчаркой.

— Вам придётся участвовать в опознании места сожжения и захоронения трупов Гитлера и его жены.

— Я понимаю, господин майор. Всё сделаю как надо.

Вадис придержал конвоира и спросил эсэсовца:

— Гитлер мог сбежать из бункера? Разве у него не было такой возможности? Ведь Борман, Мюллер, Раттенхубер, Баур и другие сбежали. У нас есть серьёзные основания считать, что Гитлер скрылся.