Книга Операция «Шайтан», страница 92 – Иван Цуприков

— Шестерка!..

— Когда стоишь над пропастью и ждешь, что палач столкнет тебя в нее, не каждый готов превратиться в птицу, чтобы парить в небе, или предвкушать в себе героя. Некоторые, даже самые смелые, начинают прямо на глазах превращаться в шакалов.

— Файзулла шакал?!

— Еще какой! В принципе, как и Ахнаф. Только разница в том, что Ахнаф – простой солдат, а ты, Файзулла, – офицер, с тебя есть что взять. Знания, опыт военных действий… Это прекрасно понимал и Нуриман. И когда у него был с проверкой Ахмад-шах, Нуриман похвастался своими новыми псами, то есть вами, ненавистниками советской власти. И вам обоим дали шанс. Но вы стреляли не в русских. Там случилась междоусобная стычка. Нуриман был контужен, Ахнаф его тащил на себе, а ты не давал душманам приблизиться. Это и стало вашим билетом в их банду. Ахнаф знает таджикский язык, и он много чего наплел о себе Нуриману, пытаясь унизить тебя. Ты об этом только догадывался и выбрал позицию. Решил показать свою храбрость. И показал. Когда на Панджшере шла войсковая операция, ты командовал небольшой группой душманов и у ручья заложил не взорвавшуюся авиационную бомбу, а сверху – мину.

— Остатки того танка, башня которого от взрыва лежала метрах в тридцати, получается, моя работа?

— Похоже, так… Ахнаф был в твоей группе, он сапер. После этого вы стали кровными врагами.

— То есть?

— Он сказал командиру, что это его работа, ты – что твоя. И в конце концов, вы с ним подрались. Вот этот момент и помог Нуриману определить, кто из вас кто. Он стал твоей тенью.

— Ахнаф – тенью?! – возмутился Фёдор.

— Ты еще рупор возьми и сообщи об этом всем горам! – поморщился Фарид.

— Выражайся понятнее! Если бы я об этом раньше узнал, я бы отказался надевать на себя эту гадостную шкуру предателя.

— А Файзулла не считал себя предателем, скорее наемником. Это он предложил создать и возглавить диверсионный отряд из бывших русских солдат. Кто рассматривал его предложение – не знаю, но точно не Ахмад-шах Масуд. Скорее всего, тот, кто платит контрреволюции за войну. Этот отряд был набран в Пакистане, в Иране или еще где, точно не знаю, а никто из твоих бойцов об этом не говорит – запрещено! Знаю только одно: этот отряд пришел сюда, пересекая границу Пакистана.

Ты встретился со своим отрядом на Панджшере, занимался несколько недель его подготовкой, потом привел его сюда. Ахнаф не захотел идти с тобой, так как знал, что ты его сразу же или убьешь, или превратишь в своего раба и будешь издеваться над ним, пока его не угробишь. С ним согласились, и теперь он будет оставаться твоей тенью, так называемым связником. С одной стороны, Ахмад-шаха, но это не так… Вами, то есть нами, управляют другие силы.

— И что ты предлагаешь с ним сделать? – кровожадно спросил Фёдор.

— С Ахнафом? – Фарид глубоко вздохнул. – Об этом еще рано думать. Он – наша единственная оставшаяся нить наверх, к Ахмад-шаху, об этом прошу не забывать. И именно он один из тех, кто приносит нам новые задания и контролирует их исполнение. Думаю, Усман был не единственным человеком, кто смотрел за отрядом…

— Ты имеешь в виду Яна?

— Да. Но он оказался больно уж хрупким, так что Ахнаф имел со мной разговор. Он недоволен, что мы напали на шурави самостоятельно, без приказа. Но я его успокоил, мол, мы были одеты в афганскую одежду. И сказал, что мы хотели добыть ракету «Игла», они имеются на блокпостах шурави. Это его заинтересовало.