Книга Генерал под напряжением, или Как ведьма хотела замуж, страница 33 – Татьяна Михаль

— Ну да, – Феня гордо нахохлился, что его назвали господином, потом он почесал лапой за ухом. – В этом и сложность. Глаша в прошлый раз сбилась на руне. Она начала рисовать её не с того конца, и вместо того, чтобы открыть сундук, открыла портал для насекомых.

— Не с того конца? – мужчина поднял бровь.

— Руна «Открыть» пишется от центра к краям, – пояснила я, чувствуя, что должна защитить свою репутацию, какой бы плачевной она ни была. – А я начала рисовать её от края к центру. Бабушка потом сказала, что это не ошибка, а… инверсия. Я не открыла сундук, я открыла «вход» чему-то извне. И так как рядом была реальность с муравейником и термитником…

— Вселенная решила, что ты хочешь именно этого, – закончил Феня. – Потому что магия, генерал, это не математика. Она просто выбирает самый простой путь. А самый простой путь – это впустить тех, кто и так хочет войти.

— И как избежать этого в этот раз? – спросил генерал строго.

— Сделать всё правильно, – сказала я с уверенностью, которой не чувствовала. – Я всё-всё запомнила. Руну рисую от центра к краям. Слова говорю на одной ноте. Ингредиенты смешиваю строго по списку.

— Ингредиенты, – напомнил генерал. – Что ещё нужно, кроме пепла и ключа с замком?

— Вот, – я ткнула пальцем в список. – Пепел договора, скрепленного кровью. У нас есть. Ключ и замок тоже есть.

Я замолчала, перечитав последнюю строчку три раза. Потом ещё раз.

— И? – генерал подался вперед.

— И слеза разумного существа, пролитая в момент, когда он или она осознал, что не может изменить то, что уже сделано, – прочитала вслух. – Бабушка называла это «слезой принятия».

— Принятия? – переспросил генерал. – Почему именно так?

Я почесала затылок.

— Просто когда ты понимаешь, что всё пошло не так, и ты не можешь это исправить, остаётся только… принять, а ещё плакать от бессилия, потому что ты облажалась по-крупному.

— И у вас есть такая слеза?

Мы с Феней переглянулись.

— Глаша, – кот вздохнул, – сколько раз ты плакала? А после истории с сундуком вообще рыдала! Ахаха!

— Всё не так! – возмутилась я. – Я… в тот раз у меня была аллергия на пыльцу термитов.

— Термиты не цветут, они насекомые.

— А эти цвели! – отрезала я, но спорить дальше не стала, потому что, если честно, после сундука я проплакала почти сутки.

В ящике стола, в маленькой стеклянной баночке с серебряной крышкой, хранились мои слёзы, заговорённые от времени.

— Есть у нас слёзы, – буркнула я, открывая ящик и доставая крошечную баночку. – Это мощный ингредиент, потому что в этих слезах и злость на себя, и отчаяние, и принятие, и надежда, что в следующий раз будет иначе.

Генерал покачал головой.

— Вы, правда, верите, что это сработает? – спросил он.

— Я верю, что я попробую сделать всё, чтобы вызволить вас, – ответила я. – Я могу ошибиться, могу снова что-то перепутать, но если я не попробую, то мы так ничего и не узнаем…

* * *

Тщательно разложила все ингредиенты.

Пепел договора был тёмно-серый, с красноватыми вкраплениями, которые когда-то были кровью.

Старый и ржавый ключ с замком.

Слеза принятия была прозрачная, находилась в стеклянной баночке с серебряной крышкой.

И пергамент с руной «Открыть», которую нужно начертить в воздухе левой рукой, одновременно произнося слова заклинания на одной ноте.