Книга Обманутая жена. Продана генералу дракону, страница 161 – Александра Мауль

А все пути отступления как раз за спиной у Рэма.

Он снова осматривает меня брезгливым взглядом и прячет руки в карманы.

— Я никуда не пойду. Требую выплатить мне то, что я заработала и я покину таверну… — последние слова тонут в его гортанном смехе. Руки Рэма опускаются мне на плечи, а сам он наклоняется так, что я могу разглядеть шрам между бровей.

— Ты дрянь, ничего в моей таверне не заработала. Я всю твою зарплату пущу на оплату убытков, которые по твоей вине произошли, стаканы и тарелки мне оплатишь и стол. Потому о деньгах не мечтай и чушь не пори об уходе. На тебя ещё парочка мужиков засмотрелись. Больно ты красивая. Потому тащись в зал и терпи, если хочешь деньги свои получить и маленького ублюдка накормить — усмехается он и выпрямляется.

— Я не останусь и работать у вас больше не буду. — твердо заявляю, а сердце у самой замирает. Напрягаюсь всем телом, чтобы в любой момент быть готовой начать вырываться. Я понятия не имею, что у него на уме.

— Ну тогда и денег я тебе не выплачу. А если жаловаться куда пойдешь, то у меня полный зал свитедетелей, какая ты неуклюжая корова, что мне стаканы и тарелки побила. А ещё пыталась гостей соблазнять. Уж поверь, они на мою сторону встанут. Работу я им предоставляю, а ты проблемы обеспечишь. А ещё я рекомендую тебе хорошо подумать. Городок у нас маленький. Если сейчас ничего не сделаешь — вообще нигде больше работу не найдешь. — добавляет он, а затем покидает комнату. Наверняка уверенный в том, что я никуда уйду.

Но я здесь не останусь. Трогать себя не позволю и без работы уж точно не останусь.

Меня всю колотит, когда возвращаюсь домой.

Я пока добиралась, вся словно натянутая струна была. То и дело оборачивалась. Казалось, будто кто-то за мной идёт и вот-вот схватит. Крики и мужской смех из таверны, кажется, до сих пор стоят в ушах.

Вирма прикладывает палец к губам, когда я забегаю и, прислонившись к двери, глубоко и часто дышу. Щеки горят, сердце по ощущениям словно вот-вот пробьёт грудную клетку, а вот руки и ноги просто ледяные. Тело бьет дрожь, что не помогает успокоиться даже теплый плед, который мне на плечи накидывает Вирма.

— Что случилось? Что-то серьезное? — наклоняется она и заглядывает мне в лицо, когда усаживаюсь на мягкое кресло у камина и подтягиваю к себе ноги. Слезы жгут глаза, а там, где меня трогали, кожа горит.

Рассказываю Вирме всё, что произошло, но вот удивленной она не выглядит.

— Так ведь он у нас тут хозяин города, Са-ша. Ты такая не первая, да и не последняя. А так рьяно он в тебя вцепился, потому что другая ты. И выглядишь, и ведёшь себя по-другому, а теперь ещё и не соглашаешься на его условия. Жизни он тебе тут не даст ясно одно. Потому и отпустил спокойно. Бежать тебе некуда — тяжело вздыхает она и берёт меня за руки, разворачивает их ладонями вверх и касается теплыми пальцами моих мозолей. — Жаль, что ты столько работала, а монет этих теперь не получишь. Но мы что-нибудь придумаем. Я на рынок схожу. Что-то из овощей продам.

— Ты не боишься, что у тебя будут проблемы?

— Не молода я уже, Са-ша, чтобы меня запугивать. Да и сын у меня служит в армии короля. Если беда приключиться, то король и до этого места доберётся. А пока мы всё ждём, когда он эту безнаказанность искоренит. Понимаю, что дел у него полно и только-только он в королевстве осваивается. — произносит она и поджимает губы. — Старый король такое поощрял. Потому как и сам был подобным. Стоило женщину красивую увидеть, так он чего только не вытворял, чтобы её заполучить. А когда всё случалось, бросал бедняжку, как использованный платок. За то наш маленький принц своим проклятьем и поплатился.