Книга Обманутая жена. Продана генералу дракону, страница 145 – Александра Мауль

Как только я чувствую, что он вытягивает из меня силы, принимаюсь шептать защиту на древнем языке драконов. Чтобы ему он больше не мог забрать силы у моего сына. Не помню, когда это прекращается, теряю момент, когда первый генерал отходит, а я падаю вперёд, упираясь руками. Опоясывающая боль стягивает низ живота, простреливает позвоночник, а затем становится частью меня, заполняя все мои мысли.

Я больше ничего не чувствую кроме боли, даже страх, что так не должно быть. А затем я падаю в вязкую темноту.

В себя прихожу в темной комнате, здесь никто не оставил для меня даже свечи. Боль — это первое, что я ощущаю, когда понимаю, что всё ещё жива. С трудом поднимаю руку и кладу её на живот.

Плоский.

Всхлипываю, а затем стискиваю зубы, потому что мой всхлип эхом отскакивает от стен. Когда полностью прихожу в себя, чувствую холод. Колючий, пронизывающий до костей. С трудом приподнимаюсь и нахожу себя в комнате, которая напоминает мне больничеую палату.

Медленно вдыхаю, прикладываю руку в животу и понимаю, что на мне какая-то тонкая сорочка. Осмотревшись, не нахожу даже одеяла. Живот у меня болит, руки и ноги словно деревянные. Я хочу подняться, но у меня не хватает сил.

Я всё ещё жива. Определенно этот кошмар мне не снится.

Я не знаю, как долго пробыла в этой комнате, но меня так никто и не навестил. Боль внизу живота то усиливалась, то снова отпускала. Холод, который поначалу пронизывал до костей и заставлял стучат зубы, теперь вообще не ощущался. От голода всё стянула в тугой узел, но хуже всего было осознание, что я никогда не увижу сына.

В то время, когда боль немного отпускала, я пыталась стучать в дверь и просила попить, хотела узнать в порядке ли мой сын и попросить мне его увидеть лишь раз. Но никто не отзывался. Сколько бы я не стучала в дверь и не кричала.

Иногда в бессилии опускалась на пол у двери и лежала, свернувшись. Каждая клеточка в теле болела, я почти не чувствовала ни рук, ни ног, они ощущались деревянными. Каждый шаг мне давался с большим трудом, когда я отключалась, а затем приходила в себя и снова возвращалась в кровать.

Меня мучали кошмары, изводила тишина, а затем я начала слышать плачь моего ребёнка. Наверняка это были галлюцинации, но от этого мне не становилось легче.

Галлюцинацией мне показался и громкий металлический лязг, а затем скрип моей двери. Я с трудом повернула голову и увидела в дверях двух незнакомых мне драконов. У одного была в руках коробка, а другой держал в руке моего сына.

Я тяжело вздохнула и прикрыла глаза. Мои галлюцинации вышли на новый уровень. Теперь я буду страдать от невозможности подняться и прижать малыша к своей груди.

— Боги Покровители, это что ещё такое? — врезался в мой слух глубокий бархатный голос, и я улыбнулась, вспоминая Геральта — Опусти коробку, подержи скорее мальца.

А затем я почувствовала на себе руки. Паника затопила меня, и я распахнула глаза. Это не было галлюцинацией. Мужчина склонившийся надо мной был реальным, и когда он принялся меня поднимать, я стала отбиваться.

— Тише, тише — прозвучало над моей головой, когда он скрутил меня так, что не было даже шансов вывернуться. Боль прострелила спину и живот и я скривилась. Я оказалась в ловушке, потому что была обессилена. Вырваться из лап крепкого дракона было проблематично даже до родов — Я знаю Геральта. Меня зовут Конор. Конор Макгил, я здесь, чтобы помочь тебе. Не борись со мной, я и так сильно рискую. Нам необходимо подлечить тебя, а затем уходить. Я принёс твоего сына, ты ведь хочешь его увидеть? А выжить?