Книга Обманутая жена. Продана генералу дракону, страница 127 – Александра Мауль

Если бы только не отпустил дракона, то он исполосовал меня изнутри своими когтями.

Я утонул в противоречивых эмоциях. С тех пор как появилась Са-ша меня по-разному шатало, я испытывал дикую ярость, сумасшедшее желание, жаждал подчинить её, и мы с моим драконом были по разные стороны.

Когда я едва не умер, и снова вернулся к жизни, о дисбалансе больше не было и речи.

Откуда бы?

Я теперь относился к Саше иначе, по крайней мере, старался.

Хотел, что-то изменить.

Но и подумать не мог, что мне снова придётся бороться с драконом.

Стоило только обернуться, меня затопила дикая ярость, стянула грудь и сплелась со старым, как сама жизнь инстинктом защитить свою женщину от опасности. Я терял контроль, падал в тягучую тьму, а затем снова приходил в себя, пока возвращался домой.

На этот раз я хотел, чтобы было иначе. Но кто бы мог подумать, что, даже когда ты решил, что будет по-другому, принял свою новую жизнь тебе, но снова придётся бороться с самим собой.

Сколько ещё? Неужели эта борьба никогда не закончится.

Уже рядом с поместьем я оборачиваюсь в человека и жестко приземляюсь, потому что зверь со мной не согласен. Его недовольство мной растекается по телу нестерпимой болью и режет в груди так, что перехватывает дыхание.

Несколько моих стражей помогают мне подняться, а один из них вовсе предлагает отправиться к лекарю, но я качаю головой.

Я хочу увидеть Сашу.

Я не стану принимать решение один, я хочу поговорить с ней.

Делаю глубокий вдох и выпрямляюсь, отпускаю стражей и поинтересовавшись, где моя пара, направляюсь в сад.

Поместье, каждое его строение, сад и даже воздух сейчас кажутся мне здесь чуждыми. Всё, что с появлением Саши расцвело, сейчас вдруг потеряло цвет, стало серым, давящим и колючим. Ароматы цветов, пение птиц, запах выпечки — всё разом обрушилось на меня и вызвало очередную волну дикого раздражения. Я должен найти способ выпустить эти эмоции.

Останавливаюсь, когда в слух врезается звонкий смех моей истинной. Никакой не истинной уже, но какая разница.

Смех повторяется, словно колокольчик звенит, наполняя собой пропитанный влажностью воздух. Обволакивает меня словно мягким пледом, и я прикладываю руку к груди.

Закрываю глаза, несколько раз глубоко вдыхаю, чтобы унять внутри меня бурю, а затем обхватываю голову руками. Я хочу зарычать, разнести всё вокруг, лишь бы получить долгожданное облегчение, но проблема в том, что я теперь понятия не имею, что на самом деле меня успокоит.

Стоило мне покинуть кабинет короля, как в коридоре я наткнулся на Ортедеса. То, как сияло его лицо, до сих пор ощущается у меня диким желанием по этому его лицу ударить несколько раз. Он знал, был уверен, что король останется на его стороне даже после всего, что произошло.

Моя вера пошатнулась, твердая земля, на которой я все это время стоял, затряслась. Мои идеалы, принципы и цели словно обратились в пепел. Я почувствовал, как сомнения вгрызлись в меня, когда в голове промелькнула мысль о том, что король, возможно, причастен к тому нападению на меня проклятых орков.

Его Величество отдал приказ, чтобы избавиться. В конце концов, теперь его волновал только трон, желание удержать у себя эту власть. Среди нас только Конор не может бросить ему вызов, но теперь я убеждён, что дело только в том, что он ещё не замотивирован.