Книга Действуем, сестра! Свадьбе быть?, страница 33 – Елена Коломеец

— Тебя теперь попробуй выгони, — хмыкаю я, осторожно двигаясь ближе к Роберто.

Не успеваю я толком устроиться, как он одним мощным рывком прижимает меня к себе. Это так сладко и страшно, что кружится голова. Никогда еще мы не были так близки. Да, дурачились. Да, целовались, обнимались, но всегда оставались в границах отношений, связывающих людей вне брака. Может, в каких-то иных мирах или временах допустимы другие правила, но не в Империи Бравен. Но сейчас… Когда его рука так крепко обнимает меня и уже по-хозяйски устроилась на груди. И я чувствую через тонкую ткань, как двигаются его пальцы — нежно, аккуратно, но все более уверенно. Чувствую на плечах и шее дыхание и поцелуи, такие легкие, едва ощутимые, но почему-то от этого еще более приятные. И всякое другое, что предпочитаю делать вид, будто не замечаю, но святая Лейна, тоже чувствую. От этого так остро-приятно и немного страшно, будто я взобралась на самую опасную карусель города и думаю прокатиться.

Отношения с Роберто, как танец. То он делает резкий шаг вперед, так что я теряю опору под ногами, то назад, давая возможность действовать и решать мне. И это совершенно завораживает. Это не просто отношения на равных, это бесконечно прекрасная игра длиною в жизнь. И я не могу допустить, чтобы в нашей памяти сегодняшний день остался незаконченным танцем. С трудом могу сама себе объяснить, но чувствую совершенно ясно. Вся эта история с отъездом, Мануэлем (святая Лейна, я сейчас с трудом припомнила его имя, а ведь еще пару дней назад он казался мне таким интересным), Аризой и моим стремительным полетом на метле просто не может закончиться тем, что мы пожмем друг другу руки и будем до утра прислушиваться к шорохам за дверью. Быть нам вместе или нет, когда и как, решаем мы, а не подпись мэра в городских книгах регистрации.

И на волне решимости я сама поворачиваюсь к Роберто. Как хорошо, что уже темно. Если бы я видела сейчас его лицо, наверное, не смогла бы справиться с волнением.

— Все хорошо, Зо, я с тобой, — будто отвечая моим мыслям, говорит он.

И кто это придумал, что от поцелуя не захватывает дыхание? Я просто забываю, как дышать, как думать, откидываю голову назад, жадно хватая воздух, и падаю в новую волну удовольствия от горячих поцелуев, спускающихся от губ к груди. Тело горит, низ живота скручивает от желания. И страхи испаряются в этом огне.

Тонкий шелк, черный и алый, будто струящаяся вода, соскальзывает с кровати на пол. Теперь он лишний, единственное, что я хочу чувствовать на своей коже — горячие поцелуи и ласки. И, когда Роберто переходит к решительным действиям, мне хочется еще и еще потянуть время, раствориться в удовольствии и неге. Но я чувствую, что он не может больше ждать, еще немного и он, действительно, набросится, как зверь.

И, что удивительно, меня это больше не пугает, наоборот, возбуждает и зажигает саму. И я горю в огне удовольствия, мы сливаемся в одно целое, и мне кажется, что это навсегда. Что эта близость безумная, невозможная, нечеловеческая. И пусть я знаю, что это не так, что миллионы людей переживают это ежедневно, какая разница, если это так для меня? Для нас?

Когда Роберто, расслаблено падает, шепча «люблю тебя», мне в первое мгновение кажется, что я что-то недополучила, что должно быть как-то иначе. Но этот его шепот, то, как он сжимает меня в своих руках, ощущения внутри и само осознание происходящего дает мощный толчок ощущениям. Это шторм, огромная приливная волна, что накатывает изнутри так, что хочется кричать и плакать, и может быть просто упасть в обморок, потому что невозможно, немыслимо пережить такое и не сойти с ума.