Книга Только не Академия темных хранителей, страница 90 – Елена Коломеец

— Далия!

Это мама, я узнаю голос, но не вижу ее.

— Прекратите стрелять! Там моя дочь! — кричит отец.

Защитная сфера, за которой они прячутся, исчезает, и меня передают с рук в руки. Мама целует меня, крутит, проверяя, нет ли ран. Я смотрю, как убегает человек, спасший мне жизнь, а перед глазами так и стоит лежащая на полу пустая одежда.

Видение уходит, и я падаю на камни, не в силах справиться с эмоциями. Родители оставили меня в доме, полном бунтовщиков и взбесившейся магии. В доме, где, как чары защиты, стоит дыхание смерти. А кто-то из нападавших спас меня. Я, конечно, не доктор-мозгоправ, но теперь многое становится понятно. Вся эта дурная мешанина из страха, доверия и недоверия. И почему я не могу принять и открыться.

— Тьма, я должна извиниться перед Райвеном. И рассказать ему все, что увидела про маятник и дорогу. Вот только, как выбраться отсюда?

И под ногами просыпается новая звезда. Луч от нее тянется далеко, намного дальше того места, где я вошла. Когда я подхожу, вижу обессиленную, лежащую на камнях Ори, и винтовую лестницу наверх. Бережно несу в руках фамильяра, с надеждой угадывая в едва заметном шевелении жизнь.

Подниматься приходится долго, так что кружится голова и болят ноги. Но я не позволяю себе отдыхать, гоню и гоню наверх. Неприметная дверь словно вовсе не имеет никаких замков и запоров, я открываю ее, просто толкнув. Но как только она закрывается за моей спиной, оказывается, что ее уже не отпереть.

Выглядываю в окно: я в самой высокой башне академии. Я немного знаю эту часть здания, тут рядом медпункт. Решаю зайти и показать Валтису Ори, может, он чем-то поможет. Когда подхожу к дверям медпункта, слышу знакомый голос. Что ж, тем лучше, не придется его искать.

— Видеть ее больше не могу, — резко говорит Райвен.

Я застываю в дверях, чуть отшатнувшись назад.

— Не знаю, как объяснить, что между нами нет и не может быть никаких отношений. Не хочу ее обижать, но это уже невозможно терпеть. Человек просто себя не контролирует и ведет неадекватно. Не понимает, что навязывается, а я не знаю, как ее отвадить. Хотя, видит тьма, еще немного, и я наплюю на приличия и просто пошлю ее к свету.

— А ведь был момент, когда я думал, что у вас может что-то получиться, — отвечает Валтис.

— Не ты один. Мне кажется, в академии просто невозможно скрыть подробности своей личной жизни. Особенно если ты ректор.

Валтис что-то отвечает, но я уже не слышу. В ушах стучит, мир наполняется гулким шумом, словно я под водой. Голова кружится, и, мне кажется, я сейчас упаду в обморок. Очень хочется сесть и отдышаться, но я не могу задерживаться. Я должна исчезнуть отсюда как можно быстрее. Отхожу в коридор и бегу, не задумываясь куда, лишь бы подальше. А я еще хотела извиниться! Не нужны ему мои извинения и вообще ничего не нужно, только чтобы я отстала. Ну и ладно. Сделаю то, что должна, и уйду, как решила.

Обида и боль так захлестывают, что я перестаю думать, как буду уговаривать команду. Все становится незначительным, даже судьба маятника отступает на задний план. На лестнице натыкаюсь на Сарша.

— Далия, на тебе лица нет. Что случилось?

Что ж, без его помощи все равно не обойтись, нам же нужно как-то добраться на Флотар.

— Сарш, я должна рассказать тебе что-то очень важное, — говорю я и выкладываю все, начиная от погибших орхидей и заканчивая тем, как я поднялась по винтовой лестнице обратно. Про подслушанный разговор, конечно, не упоминаю.